Молодая жена и несносный характер в придачу

В приемной на скамье у стены сидел седовласый широкоплечий мужчина в черном мундире с серебристыми эполетами и аксельбантом. Едва завидев Фармаса, он тут же встал и с сияющей добродушной улыбкой двинулся навстречу.

– Леон, сынок, какими судьбами?! Почему не известил о приезде? Разрази меня туман! Я думал, ты стал вечным затворником Восточной крепости и в столицу больше ни ногой.

Леон с облегчением узнал графа Бернарда Стоуниса, командующего армией, военного советника короля и старого боевого товарища его отца. Когда-то именно граф настоял на том, чтобы Фармаса назначили комендантом Восточной крепости, и всегда поддерживал в трудную минуту советом и добрым словом.

Леон вымученно улыбнулся, но с готовностью пожал протянутую мозолистую руку бывалого воина, явно до сих пор крепко держащего меч.

– Рад встрече, командующий Стоунис. Его величество срочно вызвал меня на аудиенцию. Я еще ни с кем не виделся. Как приехал, сразу сюда.

Граф с тревогой посмотрел на своего протеже и, хлопнув того по плечу, сказал:

– Неужели тебе грозит женитьба на некой знатной особе?

Фармас помрачнел и отвел взгляд.

– Ясно, – уже серьезнее проговорил командующий. – Гнодар все же добился своего.

Господин Никалс с громким скрипом отодвинул кресло, поднялся из-за стола и, нарочито кашлянув, направился в кабинет монарха.

– Слушай, – понизил голос командующий, – здесь не место для задушевной беседы. Дождись меня в казарме дворцовой стражи. Есть кое-какие соображения насчет твоей женитьбы. Я скоро.

Леон кивнул, секретарь распахнул дверь и пригласил графа Стоуниса к его величеству.

Идя вслед за лакеем к выходу из дворца, Фармас истово надеялся, что командующий знает хотя бы одну знатную девицу, готовую в ближайший месяц стать супругой одаренного виконта, коротающего свой век в гарнизонах, защищая Лекадис от туманных тварей, и не выносящего столичной бесцельной суеты.

Глава 2

Пока граф Бернард Стоунис решал с королем архиважные для страны вопросы, в его доме обсуждались отнюдь не менее значимые проблемы.

Две его дочери, Люсьена и Соланж, обдумывали благовидный предлог для того, чтобы отлучиться из дома и отправиться на праздник первоцветов со своими возлюбленными. Совещание проходило в спальне Люсьены, поскольку она была старшей и привыкла нести ответственность за двоих.

– Сола, отец рассердится, если узнает, что ты снова видишься с капитаном Клибером, – заламывая руки, расхаживала взад и вперед по бежевому ковру Люси. – Он и в прошлый-то раз чудом смилостивился.