Молодая жена и несносный характер в придачу

У меня сердце замирает от ужаса, когда я вспоминаю его свирепый взгляд.

Соланж лежала, раскинув руки в стороны, на широкой кровати сестры и разглядывала коричневый бархатный балдахин, свисавший с поддерживающих столбиков красивыми складками.

– А я ни капельки не боюсь. Я люблю Армана и скоро выйду за него замуж, – заявила младшая сестра, продолжая глядеть вверх и раздумывая над тем, зачем вообще в спальнях второго этажа повесили над кроватями балдахины. Ведь они нужны для сохранения тепла в холодное время года, а в доме и так вечно слишком душно.

В своей-то комнате Сола давным-давно навела порядок, выбросив тяжелый балдахин и темные портьеры, ей нравилось просыпаться с первыми лучами солнца и наслаждаться дневным светом до заката, не прячась за кусками материи.

Услышав слова сестры, Люсьена ахнула и схватилась за сердце, будто была солидной дамой, страдавшей тяжелой грудной болезнью.

– Не может быть, – в испуге пролепетала она. – Отец никогда не даст разрешения на этот брак.

Или ты надумала сбежать без его ведома? Даже не мечтай. Я не позволю тебе опозорить семью. Ни за что.

Сола перевернулась на живот, посмотрела на сестру умоляющим взглядом и надула губки. Негодница прекрасно знала, что Люсьена ее обожает и не может устоять, когда младшенькая вот так о чем-то просит.

– И не смотри на меня, – неожиданно твердо заявила старшая сестра, сложив руки на груди. – Тебе почти двадцать один, пора повзрослеть и научиться рассуждать здраво.

Капитан Клибер запятнал свою репутацию и не может стать мужем дочери командующего армией.

Вспыхнув, Соланж вскочила с постели, стиснула кулачки и выпалила, сверкнув зелеными глазами:

– Его оклеветали! Та женщина и ее муж просто оболгали Армана и выставили виноватым. Только поэтому он все еще капитан, а так давно бы стал майором. Ему пришлось кровью смывать позор. Но он знатного происхождения и одаренный. Если мы поженимся, то все признают, что та досадная история в прошлом, и оценят Армана по достоинству.

Люсьена вздохнула, подошла ближе и обняла сестру за плечи.

– Я ничего не имею против него, ты же знаешь, – мягким голосом сказала она и заправила за ушко Соланж непослушный волнистый локон, выбившийся из пышного узла на затылке. – Я полюблю как брата любого мужчину, который сделает тебя счастливой. Просто я переживаю за тебя и боюсь гнева отца. Иногда он слишком упрям и скор на расправу.