Черный Янгар

Почему бы и нет, если вино уже не помогало?

А знания…

Он научился распознавать болезни по глазам, по пальцам рук, по дыханию и иным приметам. Ловить их, выгоняя из человеческого слабого тела. Шить раны. Вправлять суставы. Собирать по осколкам раздробленные кости.

Говорили, что он способный ученик и предлагали остаться, ведь даже мудрецы болеют, но Кейсо ушел…

…и наткнулся на мальчишку, который теперь умирал. Вся мудрость поднебесного храма не в силах была спасти его.

- Ты отнесешь ей камень? – черные глаза Янгхаара почти погасли.

- Сам отнесешь, - Кейсо разжал сведенные судорогой пальцы. – Выздоровеешь и отнесешь. Только постарайся. Ты сильный. Ты сумеешь.

Ложь.

Наверное, Черный Янгар умер бы, когда б не старуха. Кейсо не знал, откуда она взялась – седая, косматая, в плаще из старой медвежьей шкуры, на голое тело наброшенном. Он просто очнулся от поверхностного зыбкого сна, в котором пребывал в последние дни, и увидел ее.

Старуха сидела у костерка и, вытянув худую индюшачью шею, разглядывала Янгара.

- Ты кто?

Повернувшись к Кейсо, старуха прижала палец к губам.

Он замолчал.

Ведьма. Тощая, изможденная, с лицом, словно бы на две половины разделенном. Одна морщинами изрыта, другая – гладкая, розовая, перетянута старыми шрамами. И веки сходятся, едва ли не срастаясь, скрывая пустую глазницу. Съехал плащ, повисла на плече медвежья голова, набитая опилками. И торчит острый локоть, потрескавшийся от старости, видна обвисшая грудь и тугой, какой-то гладкий живот с дорожкой темных волос.

Она была столь отвратительна, что Кейсо затошнило.

- Не смотреть! – оскалилась старуха. И длинные клыки ее были желты.

- Простите, матушка, если обидел, - Кейсо поднялся и поклонился до земли.

Кем бы ни была эта женщина, но появилась она вовремя. Вот только захочет ли помочь? Она же, обойдя костер, присела рядом с Янгаром. Когтистые пальцы коснулись лба, оттянули веки и старуха, склонившись, долго разглядывала мутные глаза Янгара.

А затем просто положила ладонь на грудь.

- Осторожно! У него…

…ребра сломаны.

Холодный взгляд заставил Кейсо замолчать. А старуха, наклонившись над Янгаром, губами коснулась губ его. Она не целовала – высасывала болезнь. И Кейсо замер, боясь спугнуть посланницу богов. Та же поднялась, подошла к костру и сплюнула в пламя, которое ответило на плевок рассерженным шипением.

- Живи, - сказала старуха.

- Спасибо, матушка. Скажи, чем могу отплатить тебе за доброту…

- За него уже плати.