Часовые Памяти

А у тебя - кроссовки на рыбьем меху.

- Тогда уж - на птичьем! – хихикнула Женька, приходя в веселое расположение духа. – А ты в курсе, как узнать в Питере оптимиста?

- И как же?

- Он перед выходом на улицу чистит обувь!

- Да, наш климат – это суровое испытание – дурашливо подхватил император. – Я тоже, знаешь ли, люблю в конце декабря снять башмаки да по сырой от росы траве босиком пробежаться.

- Это где ты бегаешь? В Гатчинском парке что ли?

- Ага! В драной майке и мятых трениках, как положено домашнему спортсмену.

А бедные служители музея видят меня и горестно вздыхают: «Его величество последний камзол продал. До чего культуру довели!»

Хохоча и пикируясь, Павел и Женька не заметили, как прогулочный катер закончил свой путь по Мойке и вышел на простор Невы. По реке гуляла высокая, схожая с морской, волна. Белые барашки бились о борта, а катерок бодро мчался вперед, изрядно, впрочем, покачиваясь. Со стороны залива дул сильный ветер. Он нес дыхание севера, запах будущего снега.

Сотни холодных капель ужалили лицо и руки Женьки. Она досадливо встряхнула головой и поежилась. Павел тут же схватил клетчатый плед, выдававшийся тут каждому экскурсанту, закутал в него озябшую Птицу, обнял и крепко прижал к себе.

- Сиди и не высовывайся! – строго сказал он. – Сойдем на берег – куплю тебе горячий кофе.

- Угу. А лучше – пирожок - донеслось из-под покрывала. – Или вафлю.

- Какую - такую вафлю? – удивился император.

- Историческую! – важно произнесла Женька, высовывая наружу взлохмаченную голову.

– Ты разве не знаешь, что именно благодаря национальному голландскому блюду, в нашем славном городе и был построен первый зоосад?

- Ничего я не знаю - шутливо запричитал Павел. – Мы сами не местные, родом из Чухонии дикой. Просвети глупого государя, о, наимудрейшая Птица!

- Ну, так слушай! – Женька призывно махнула рукой, в которой был зажат мобильник с нужной тырнетной статьей. - Ленинградский зоопарк, в который мы сейчас направляемся, вырос из небольшого частного зоосада, открывшегося в 1865 году на том же месте, где он находится и поныне.

А основателями его стали супруги София и Юлиус Гебгардт – голландцы, поселившиеся в Петербурге. В те годы зоосады только-только стали входить в моду в России. Юлиус обратился к властям Петербурга с предложением предоставить ему землю под этот проект, и получил ее в бесплатную аренду сроком на 20 лет.

- Бесплатная аренда! – император даже зажмурился от удовольствия.