Грозовой Сумрак

— Ты держишь ее взглядом? — зимняя сестра попятилась, стараясь держаться подальше от деревьев, каждое из которых в любой момент могло стать прибежищем для жадного, голодного до крови и плоти, существа, глядящего через мое левое плечо.

— Пока да... Беги, Ильен, я догоню. У меня в руках моя осень, я сумею.

Волчица неуверенно попятилась, отступила подальше от высоких мрачных деревьев с потемневшей листвой. Нимфа у меня за плечом еле слышно зашипела, протянула к моей шее тонкую коричневую руку, похожую на гибкую ожившую ветку с тремя длинными отростками-пальцами.

Запах осени и родного дома стал сильнее, четче — и вдруг полянка озарилась теплым солнечным светом, пробившимся через завесу дождевых туч и накрывшим нас с Ильен золотистым спасительным лучом. Отражение сумеречного призрака в лезвии ножа пропало, я вздрогнула, словно пробуждаясь от глубокого сна, а моя зимняя сестра ухватила меня за подол платья, ощутимо дернула, выводя на узкую, освещенную солнцем дорожку.

Тонкая, ровная прореха в сплошном полотне дождевых облаков — как длинная резаная рана на живом теле, как след того ножа, что я судорожно сжимала в руке, а солнечный луч, отогнавший Сумерки — как сияющий клинок, отделивший нас от взбесившихся нимф, которые теперь даже не пытались скрыться.

Они следовали за нами, от дерева к дереву, от камня к камню, через быстро бегущие ручьи и открытые поляны. Я бежала за Ильен, путаясь в длинном подоле платья, спотыкаясь о корни деревьев, едва успевая уклоняться от норовивших хлестнуть по лицу веток и отчаянно страшась выронить теплый, почти горячий нож, янтарь в оголовье которого мягко поблескивал, словно впитывал в себя тепло летнего солнца, на краткое мгновение выглянувшего из-за туч. Страшно бежать по зыбкой тропинке, освещаемой солнцем, пробираться сквозь густой кустарник — и думать о том, что как только затянется просвет в плотном облачном покрывале, сумеречные нимфы сожмут кольцо, поведут хоровод, в пляске которого острые как лезвие меча коготки на кончиках тонких пальцев превратят нас с Ильен в кровавые ленты. ..

Озеро Керрех впереди — как огромное зеркало, когда-то давно оброненное великаном, проходящим через долину. Десятки ручьев, что несут свои кристально чистые воды в это озеро, отражение которого присутствует в каждом из волшебных Холмов, блестят под солнцем искрящимся капельным серебром, поют свою звонкую песенку каждую весну, первыми высвобождаясь из-под ледяного панциря.