Позволь чуду случиться

Как бы плохо я со своим котиком ни дружила, всё же несла за него ответственность, и чувство долга заставляло меня волноваться за лысого мерзкого зверя, оставшегося в лесу в полном одиночестве.

Такого домашнего, разнеженного, наглого...

Вскоре спотыкаться я перестала - под ногами появилась хорошо утоптанная широкая тропа. Пожалуй, две машины разъехались бы. Кажется, мы шли уже по дороге. Это точно была какая-то местная трасса - мелкий камень плотно впился в пыль. Грунтовка, что ли?

Но рассматривать окрестности было некогда.

Мы вывернули к постройке с освещёнными окнами. Судя по очертаниям, что-то двухэтажное, но подозрительно неяркое. Если это заправка, то я балерина Большого театра.

Наши придорожные заправки сияют ярче новогодних ёлок, а это сооружение было похоже на какой-нибудь подпольный цех, настолько всё было тускло и невыразительно, будто кто-то нарочно пытался сделать это местечко в лесу ещё более неприметным.

Что это вообще за странное место? Какая страна могла быть в таком отсталом состоянии?

Я пыталась быстро вспомнить что-нибудь подобное в радиусе.

.. гм... полёта воздушного шара от моего родного Белого Города. И что-то не могла припомнить, где есть такие густые леса, но не горы, где есть цивилизация, но и не очень цивилизация, где есть вроде бы и носатые, но не кавказцы, и где бы при этом ни одно русское слово не отозвалось чем-то знакомым у местных жителей.

Дальше додумать не получилось - мы уже стояли у кривоватой деревянной двери, чем-то напоминавшей мне дверь одного маленького заведения на одно посадочное место в конце бабушкиного огорода: набор длинных досок с двумя поперечными и одной диагональной между ними.

Полному сходству мешало отсутствие накидного крючка.

Мой проводник повернулся, остановившись у самой двери. Его лицо было не просто похоже на лошадиную морду. В тусклом свете наддверного светильника оно напоминало лошадиный череп. Сразу вспомнилось про князя Игоря: «... и примешь ты смерть от коня своего». Бррр.

Перед тем как толкнуть непрезентабельную занозистую филёнку, Жажа что-то тихо прошипел, легко прижал свою ладонь ко рту.

К моему, между прочим, рту. Пронзительно глянул в глаза, оценивая, поняла я или нет?

Я отодвинула его руку от себя.

То, что нужно молчать, я поняла, не дура. Погоня позади как-то располагала к осторожности. Но меня всё больше тревожил Куся. Я хотела, чтобы он был со мной. И просемафорила, махая ладошками, как крылышками, дескать, хочу найти кота.