Позволь чуду случиться

Не усваивалась местная пища, то и дело вызывая рвоту. Что-то не так было в продуктах. Или готовка была непривычная - не знаю. К плите, кстати, меня не допускали. То ли боялись, то ли не хотели обучать. Но я и не жаловалась.

И не только потому, что некому было. Просто как-то незаметно я взяла на себя всю уборку первого этажа дома, в том числе и в лавке. Да, в этом доме была книжная лавка, в которой я, можно сказать, служила. Служила мастером чистоты, а попросту - уборщицей. На второй этаж дома меня не пускали.

Это, кстати, было странно, и даже немного обидно, если вспомнить, как меня оттуда выставили.

Я со своими уборочными инструментами - не лёгкими пластмассовыми, как у нас, а с хорошей такой деревянной бадьёй, - убрав на первом этаже, однажды двинулась на второй. Ну а как же? Надо же помочь бедненьким мужчинам, живущим в доме без женской руки!.. Но на лестнице меня задержал дядюшка Гилерм. Даже больше - жёстко схватил за локоть.

Он, вообще-то, был вежливым и доброжелательным, но в тот раз его пальцы в вечных перчатках очень больно, словно клещи, ухватили меня за руку

- Цайя, нет! - сказал и так посмотрел на меня, будто взглядом хотел уничтожить.

Язык я кое-как тогда уже понимала, а вот сказать едва ли могла пару связных фраз. И потому даже не спросила почему.

Стащила тогда тяжеленное ведро вниз и грохнула его на пол у бокового хода, что вёл во внутренний дворик. Сдерживая досаду и злость, решила, что баба с воза - кобыла в курсе дела.

То есть, мне же лучше - не таскать тяжёлое ведро наверх, не корячиться со своей благодарностью, убирая за ними грязь. Неприятно, конечно, смотреть в прожигающие глаза, но ничего, переживу.

Не укладывалось и ещё кое-что. Чем дальше, тем чаще я задавалась вопросом почему меня спасли и прячут, если так относятся? Гостеприимство хозяев было какое-то странное. После еды мне напоминали, что надо вымыть посуду («Цайя, поела? Убери тут всё!»), когда лавка закрывалась, дядюшка первое время заглядывал ко мне в каморку и сообщал, что покупателей нет и лавка закрыта, а позже просто подчёркнуто громко топал по лестнице наверх, намекая, что пора идти убирать.

Вот эти шуточки дурацкие и издёвки по поводу того, что я не знаю чего-то или плохо говорю - зачем спасал, если теперь упрекаешь?

Эти придирки вообще ужасно обидными казались! Я очень быстро осваивала язык, намного быстрее, чем английский в моём родном мире. Оно и понятно.