Вместо смерти

- Могу ли я питать надежду, что нравлюсь вам, милая леди? – последовал прямолинейный вопрос: в свете её превращения из чудовища в красавицу, он, конечно, был вполне естествен.- Ты меня удивляешь, – сказать правду в глаза Бреальдьеге для Грёзы оказалось невозможным.- Говорят, оборотни могут узнать про человека всё, едва взглянув на него, – владелец замка явно напрашивался на комплименты.- Могут, что скрывать, – мирно согласилась Грёза. – Ты спокойный и ровный, очень добрый, любящий, – Грёза пожала плечами и продолжила своим обычным отрешённым маловыразительным голосом, характерным для получеловека-полузверя.

– И в то же время можешь быть темпераментным, романтичным, способным к самопожертвованию. Ты – хороший человек.Грёза неохотно ступила на порог Главной башни, не особенно желая ограничивать себя стенами помещения, её звериные инстинкты властно сопротивлялись этому. Озираясь по сторонам, с недовольной гримаской на красивом личике, Грёза всё же самоуверенно шла вперёд, ни на шаг не отставая от Бреальдьеге. Заметив изменившееся настроение спутницы, князь вопросительно взглянул на неё:- В чём дело? Неуютно?- Каменный мешок! – неслышно проворчала Грёза себе под нос, тут же, впрочем, с хладнокровной вежливостью, не преминув заверить его светлость в обратном. – Что ты! Замок великолепен! – Грёза смотрела на Эли благосклонно, однако в голосе её звучали металлические нотки – ей не нравились вопросы, касающиеся её чувств и, кажется, не нравились вопросы вообще – князь это понял и замолчал. Они поднялись по мраморной лестнице на последний этаж Главной башни, где располагались княжеские апартаменты.Окна просторных покоев были распахнуты: комнаты наполнял прохладный свежий воздух с необыкновенными запахами волшебного разнотравья, чудодейственных листьев дерева-античара, весенней прели, сырости, чайной тёрпкости благородных троллических мхов и чего-то ещё, столь же неописуемого, мимолетного, таинственного, ночного. Невозможно было оставаться равнодушным, чувствуя бесподобный аромат цветущего горького снейповника – славного символа великой любви и преданности, смешивающегося с тонкими флюидами окультуренной слепоглухонемой мандрагоры, обозначающей трагическую безответность.