Шагая над бездной. Наследники магии

Его Величество отступил чуть в сторону, а его место на трибуне занял низкорослый коренастый мужчина в белоснежном кителе. Честно говоря, министр внутренней безопасности всегда напоминал мне то ли ястреба, то ли коршуна. Этакую опасную птицу, которая всё видит, обо всём знает и может в любой момент клюнуть тебя исподтишка.

Речь митора Галирона была долгой, нудной и, на мой взгляд, чрезмерно высокопарной. И, стыдно признаться, но я его почти не слушала, прекрасно зная, что всё то же самое, но только куда короче и понятнее нам потом повторит наш непосредственный начальник – митор Хаски.

И, наверное, нужно было хотя бы сделать вид, что внимаю речам министра, но сейчас куда сильнее меня интересовал сам император.

Вообще видеть его так близко мне ещё не доводилось ни разу. Вживую он выглядел совсем не так, как я его представляла, каким его изображали на плакатах, каким показывали по кайтивизору. Сейчас передо мной, всего в нескольких метрах, стоял довольно симпатичный пусть и суровый мужчина в самом расцвете сил.

Он оказался высок – намного выше того же министра внутренней безопасности. Его светло-русые волосы были гладко зачёсаны назад и стянуты шнурком в маленький хвост. Вместо привычного синего мундира, на нём красовался простой костюм серого оттенка: брюки, пиджак, даже рубашка и та была серой, пусть и немного светлее. Честно говоря, встреть я этого мужчину на улице и не узнала бы в нём императора. Корону же – непременный атрибут власти, наш правитель не надевал принципиально.

И тут он неожиданно повернул голову и посмотрел прямо на меня. Я же… позорно вздрогнула и поспешила сглотнуть образовавшийся в горле ком. Боги Семирии, да я бы многое отдала, чтобы никогда не видеть этого взгляда. Сильного, строгого, жёсткого. Взгляда, в котором отражалась такая власть, о которой не мог мечтать никто из ныне живущих. Но что поразило меня больше всего, это цвет его глаз – ярко-зелёный, почти полностью повторяющий тот, что сегодня я видела у Кела.

Конечно же Его Величество заметил, как я стушевалась – не мог не заметить. Потому, едва я покорно опустила голову, отвернулся, полностью утратив ко мне интерес. И правильнее всего было бы сосредоточиться на речи, произносимой высоким начальством, но я почему-то снова мыслями вернулась к утреннему знакомому, а в голове уже сама собой сложилась логическая цепочка.

Ведь схожесть в столь редком оттенке радужки точно говорила о родстве, причём, близком.