Душеприказчица Мерил Пери

Его испугала собственная смелость, на которую, ему казалось, он не способен в ее присутствии. Только не в ее…

— Е-если можно, перейдем на «ты»?

— Что ж, в нынешнем положении, учитывая, что я всего лишь на четыре года старше, не вижу причин отказывать.

Спускаясь вниз по лестнице, Мерил продолжала разговор на ходу:

— Но я хочу тебя заверить. Я сделаю все, чтобы к твоему возвращению положенное по завещанию имущество было в целости и сохранности, возможно, даже приумножено. Будь в этом абсолютно уверен.

А подойдя к одной из консолей, стоящих у парадных дверей холла, она задумчиво пробормотала:

— Тапочки, наверное, должны быть где-то здесь.

— Нет, тумбы пусты, — чересчур поспешно отрицал Алистер. — Я позову дворецкого, и он принесет домашнюю обувь, а заодно поможет с вещами.

Хозяин поместья шагнул в сторону сонетки. Дернул за специальную ленту, соединенную с примитивным канатным механизмом и колокольчиком, висящим на конце в комнате прислуги. А заметив за собой несвойственную чопорность, Виндоухард-младший скривился и стал ждать.

Мерил вместо ответа смущенно выпрямилась, явно намереваясь оправдаться, но подопечный ее опередил, задав вопрос и не один:

— Я-я не ослышался? Ты сказала по возвращению? Что все это значит?

— Хм. — Душеприказчица пожевала губы. — Господин Мориз мне признался, будто ты хочешь закончить прерванное обучение… Вот я и предположила, будто ты скоро уедешь. А что? Что-то не так?

— То есть ты знаешь, что я некромант?

— Мм-м, да, — девушка ответила без всякого смущения.

Гримаса полного безразличия на лице собеседницы заставила Алистера смутиться пуще прежнего, и поэтому он лишь буркнул неопределенное:

— Не знаю…

Но Мерил не была бы душещипателем, если бы позволила объекту тайного исследования закрыться в своем собственном мирке.

— Некроманты тоже люди, и их силы довольно устрашающи для большинства населения, что безусловно вызывает невольное уважение и даже, наоборот, искреннее восхищение! — вопреки энтузиазму, звучащему в ее голосе, безразличная мина не стерлась с ее лица, а наоборот, стала более оскорбительной.

Смешавшись, Алистер отвечать не спешил. Он пытался понять, что бы это значило?

Но, к сожалению или к счастью, на зов господина наконец явится прихрамывающий старик по имени Уортон, знававший еще его деда, эксцентричного основателя города.

Его мохнатые седые брови сильно выдавались на иссушенным временем узком лице со впалыми щеками.