Легенда о лиловом драконе

– Испугалась? Сильно? Я так и знал, что не надо было взлетать высоко, да еще и задерживаться там… Прости, я…

Она истово замотала головой, ругая себя за неумение справиться с эмоциями.

– Нет-нет, мне вовсе не было страшно! Ничуточки! Мне так понравилось, так понравилось! – затараторила она, стараясь поскорее убедить его в своем полном удовлетворении. – Я даже пожалела, что родилась не птицей, – там, в небе, я всегда была бы такой свободной и счастливой…

Лил шагнул вперед, поддавшись искушению и надеясь только, что верно истолковал тоскливые нотки в голосе Арианы.

– А если… Если я предложу попробовать еще раз?

У нее перехватило дыхание.

– Еще раз?.. Ты правда?.. – она сглотнула, стараясь взять себя в руки, и вспомнила о собственном обещании не заговаривать больше с товарищем о перевоплощении. – Лил, я ни за что не стала бы снова просить… Я больше не хочу, чтобы ты переступал через себя из-за моих капризов. Мне… Мне правда дороже наша дружба, чем все блага на свете…

Он взглядом остановил ее.

– Я все понял с первого раза, Ариана, тебе не нужно больше унижаться и что-то мне доказывать, – объяснил он. Потом продолжил: – Я хочу тебе признаться. Там, над землей, я на несколько секунд представил, что ты согласилась отправиться со мной в путешествие. Вздорная, конечно, мысль, но мне показалось, что ты ждешь от меня такого предложения. Извини, если я понял тебя неверно.

На глазах растроганной Арианы заблестели слезы.

– Ты понимаешь меня лучше всех на свете, – прошептала она.

– Даже лучше меня самой. А это, – ее голос зазвенел, – это самое чудесное предложение в моей жизни! Я так хочу… полететь вместе с тобой… куда ты скажешь…

Лил выдохнул и улыбнулся.

– Тогда завтра приходи пораньше. Надо потренироваться перед путешествием.

* **

Так начались самые счастливые дни в жизни Арианы. Отец на несколько дней уехал по делам и не требовал от нее ежедневных занятий с оружием, которые теперь были Ариане вовсе не милы и только отнимали время.

Беанна привычно не обращала на сестру ни малейшего внимания. А матери, взвалившей на себя в отсутствие мужа все хозяйство, было вовсе не до дочерей. С утра до ночи Ариана была предоставлена самой себе и пользовалась этим сполна.

Конечно, по мере сил она помогала матери. Но Ана, понимая, что другого такого шанса у дочери, возможно, не будет, не нагружала ее больше обычного и не требовала отказаться от ежедневных прогулок в пику домашних забот.