Чудовищные будни красавицы

Мужчина, который только сел на диван, резко вскочил, когда на экране возникла картинка – показывали боевик, и я поспешила переключить канал на какой-нибудь безвредный.

Нашла мультики. Идеально.

— Что это? — с опаской спросил граф.

Потёрла виски, ощущая пульсацию и зарождающуюся головную боль и устало пояснила, что такое телевидение. Получилось коряво, и скорее всего, граф ни шиша не понял, но мне сейчас было всё равно. Если я не заряжусь порцией кофеина и не позавтракаю, превращусь в ацкое отродье.

Набрала номер одного ресторана и сделала большой заказ с доставкой на дом.

* * *

—

Маргарита —

Барон изволил приводить себя в порядок больше часа, на что я дико злилась, ведь мне тоже необходимо было освежиться.

Не могу же я всё время ходить перед двумя мужчинами в непрезентабельном виде. И это, мягко говоря.

Ещё и зубы не чищены. Мрак.

Когда Филипп почтил нас с графом своим присутствием, пахнущий моим гелем для душа, позвонили в дверь.

Привезли еду!

Расплатилась, забрала заказ и водрузила пакеты на журнальный столик в гостиной.

— Это что? — полюбопытствовал барон и его ноздри затрепетали. — Ммм… Еда? Пахнет вкусно. Только тара какая-то странная…

— Это бумажные пакеты, — пояснила я, вынула контейнеры и открыла их все, комментируя, что тут есть: — Баранина с овощами на гриле; салат с языком; салат «Цезарь»; хлеб в ассортименте; закуски – рулетики с разными начинками; мясная солянка; в стаканах чай чёрный, сахар, если нужно – вот в этих пакетиках.

Мужчинам заказала каждому по порции из перечисленного. Для себя только сырный крем-суп, сэндвич из курицы и кофе с булочкой.

С утра я не могу принимать большие порции еды, зато помня трапезы своих героев, пришлось раскошелиться.

Ох, ёлки, если я буду каждый день да по нескольку раз их так обильно кормить, то я на одной еде разорюсь быстрее, чем месяц закончится!

От этой мысли мне стало нехорошо, по позвоночнику прошёлся неприятный холодок.

— Уммм, — выдал Филипп, попробовав салат «Цезарь», — пикантно.

— А вы есть будете? — спросила графа.

Виктор вообще выбрал позицию и позу глубоко задумавшегося злодея.

Ушёл в себя, прикрыл глаза и медленно двумя пальцами потирал переносицу.