Сказка зимнего перекрёстка

Он давно уже, признаться, не надеялся обнаружить в своей семье решимость и способность логически рассуждать, сравнимые с его собственными, а также – волю, способную ему себя противопоставить.

– В одном ты, несомненно, права, – осторожно сказал он. – Благодарность за спасение дочери должна исходить от отца. Это пристойно. Однако я не начну работать с этим молодым человеком, пока не буду уверен, что в твоих фантазиях есть рациональное зерно, поскольку любая осведомленность дорога. Предположения ничего не стоят, пока не сыщется кто-то, способный его опознать.

Хотя бы и не под присягой. Мои... люди бывают в разных местах, и я могу, разумеется, осторожно разузнать, не пропадал ли в наших краях приблизительно в то время знатный отпрыск этих лет.

“И если – да, то судьба какого наследства была таким образом решена.”

– Разумеется, не приходится рассчитывать на быстрый ответ, – поспешил он разочаровать дочь, – поскольку страна велика, а мир – того больше, а знание, – повторил он значительно, – стоит денег.

– Но я слыхала, – робко возразила Агнес, – оно того стоит?

– Информация, – процитировал герцог, – это еще не счастье. Информация – это дорога к счастью. Ты удовлетворена?

Агнес сделала реверанс, но не двинулась с места.

– Согласитесь, монсеньор, до тех пор, пока мы не получили какого-либо вразумительного ответа, вряд ли удобно держать его при кухне.

– Ты имеешь в виду, – благодушно рассмеялся герцог, – он может оказаться принцем крови?

Агнес слабо улыбнулась.

– Монсеньор, я не поручилась бы, что этого не может быть.

С точки зрения отца она славно поддержала шутку.

– С другой стороны, – раздумчиво молвил герцог, – я же не могу объявить его своим гостем и разодеть в шелка, пока не смогу назвать соседям какое-нибудь громкое имя с двадцатью поколениями благородных предков, подтвержденных документально. Это было бы неуважением к классу, и попросту неумно.

– Марк – воин, – сказала Агнес. – А в этой службе испокон веков ничего зазорного не было.

Почему бы Вам не причислить его к вашей дружине, внешне ничем не выделяя, однако втайне держа под неусыпным присмотром? Я видела его в схватке, монсеньор. Я отвечаю за свои слова. Кто знает, может быть на ратном поприще он Вам окажется полезен.

– Хорошо, – согласился ее отец. – Завтра я поговорю с Власером, пусть возьмет молодчика под свое начало, и пусть у него голова болит. Ты довольна? Твоя благодарность исчерпана?

– Нет, монсеньор, – огорошила его дочь.