Кадеты Нефритовой Академии

Достав из длинной коробки два клинка, дуэлянты сделали по паре пробных взмахов, примериваясь к незнакомому оружию.

«Тебе нужно научиться гибкости», — всплыло у Ролана в голове.

А в следующее мгновение прозвучала команда – «К бою!», и он ринулся вперёд.

Клинки зазвенели друг о друга.

Волфганг на сей раз был не столь стремителен, Ролану успешно удавалось наступать.

«К Ветрам гибкость!» — думал он, нанося очередной удар.

Чудом Волфганг прошёлся острием сабли по его плечу, но Ролан не почувствовал боли, и тут же сделал ответный выпад и уронил противника на землю.

Он не успел подумать о том, что делать теперь — добивать или нет — потому что в стороне раздались шум и топот, предупреждающие свистки, и дуэлянтов закрутило толпой.

Ролан обнаружил, что меч выбивают у него из рук. Кто-то выкрутил ему локти. Он пытался вырваться, но не смог, и только после нескольких попыток смирился и стал оглядываться по сторонам.

— На гауптвахту! Обоих!

Сам ректор оказался в паре шагов от него.

Волфганг, тоже обездвиженный, стоял чуть дальше. Его удерживали двое охранников.

Ролан перевёл взгляд и испустил стон. За плечом директора виднелась Исгерд собственной персоной. Лицо её оставалось спокойно, ни единая эмоция его не трогала.

— Ты сдала нас! — выкрикнул Ролан.

Исгерд перевела на него взгляд.

— Сожалею, сэр Крауз. Я не играю в ваши игры и не собираюсь наблюдать, как двое самых ценных молодых людей в Гесории убивают друг друга.

Ролан поник, не в силах справиться с ощущением, что его предали.

Дни на гауптвахте тянулись долго, а сменялись медленно. Череда их казалась бесконечной, хотя Ролан и знал, что на самом деле их будет всего семь.

Лишение свободы и одиночество мучили Ролана — хотя Брант и заходил к нему несколько раз. Но куда мучительнее была обида, осознание того, что Исгерд так с ним обошлась.

Ролан пребывал в твёрдой уверенности, что Исгерд будет восхищена дуэлью. Ну, или, по крайней мере, как Брант – даст ему возможность решать, драться или нет.

Откуда Исгерд вообще узнала о поединке, он не думал, потому что не так уж скрывал свои планы.

«Побоялась за жениха? — спрашивал себя Ролан, и к тоске примешивалась ревность. – Надо было его убить. Жаль, не успел».

А в конце третьего дня в помещение, где содержали нарушителей, наведалась ещё одна гостья. Юки Симидзу.

Она слегка поклонилась в знак приветствия и замерла, глядя на Ролана без всякого выражения.