Кадеты Нефритовой Академии

Только когда здания оказались совсем близко, повернулась к Ролану и произнесла:

— Сэр Крауз, я хотела бы удостовериться, что вы не причините вреда людям, которые вам доверились.

Ролан внимательно смотрел на неё.

— Я не собираюсь размахивать мечом. Да и смысл? Наверняка их будет слишком много, чтобы у меня был хоть малейший шанс на победу.

— Я говорю не только об этом. Поступки наподобие того, что совершила леди Ларссон… недопустимы.

— Я не стукач, — отрезал Ролан.

— Хорошо. Тогда пойдёмте в дом.

Ворота со скрипом открылись, и двое курсантов вошли в сад.

Место это выглядело ещё более запущенным, чем та часть парка, что осталась за оградой. Некогда опрятные газоны давно поросли не только бурьяном, но и кустарником.

Впрочем, этого и не требовалось. Узкая, поросшая травой тропинка вела к небольшой дверце, служившей некогда чёрным ходом. Юки отперла её своим ключом, и вошла вместе с Роланом.

Внутри их ожидала небольшая тёмная каморка, в центре которой располагалась винтовая лестница, ведущая наверх. Перила кое-где оказались обломаны, и каждый шаг грозил падением с немалой высоты.

Наконец оба оказались на верхней площадке, и Юки открыла ещё одну дверь.

Неяркий свет упал на её лицо. Внутри находилось человек десять, некоторых из которых Ролан знал по имени и в лицо.

Один, незнакомый, поднялся со ступеньки, на которой сидел, и, выйдя навстречу, протянул Ролану руку.

— Реган Хинес, — сказал он.

— Ролан фон Крауз, — Ролан пожал протянутую руку. Несколько мгновений разглядывал человека, оказавшегося перед ним — худощавого, черноволосого, с запавшими щеками и проступающими под кожей острыми скулами.

Затем перевёл взгляд в сторону, изучая помещение. Очевидно, тут когда-то проходили занятия — амфитеатром были расположены скамьи с узкими столами и кафедра перед ними, но не удалось рассмотреть ни одного окна.

— Моих друзей зовут Симон Гравье, — Реган указал на одного из людей, сидевших на ступенях, — Джекил Торн…

Он перечислил всех одного за другим, однако Ролану удалось запомнить только первые имена.

Он отметил, что среди присутствующих большинство принадлежит к знатным родам.

— Какова цель нашего собрания? — спросил Ролан, нарочно используя это «мы».

— Сразу к делу, — Реган кивнул, — я это люблю. Тогда обойдёмся и без прочей ерунды. Я знаю, что тебе не нравится, как мы живём. Мы все.

Ролан молчал, ожидая продолжения, а Реган отступил, шаг за шагом приближаясь к кафедре.

— Вы — дети самых влиятельных людей в Гесории. Но даже у вас нет свободы.