Чёрная королева: Огненная кровь (том 1)

Папаша-то, оказывается, меня признал! Паршиво, наверное, сидеть теперь со мной на равных за одним столом, а, братец?

— Ты мне не ровня, бастард! — глаза Драгояра сверкнули холодной синевой. — И никогда ею не станешь. Хоть отец тебя и признал, но ты всё равно не станешь багрянородным – сын шлюхи! Скажи спасибо, что ты вообще сидишь за этим столом, а не рядом с собаками, как раньше. Потому что там тебе самое место, как я думаю!

— И давно ты научился думать? Помнится, с этим у тебя всегда были проблемы.

— Ты бастард и свинья!

— И что?

— Тебе здесь не место, надеюсь, ты это понимаешь? – Драгояр хотел вскочить, но его удержала рука Милены.

— Вот знаешь, Драгояр, - произнёс Альберт, ещё отодвигая кресло, - когда люди говорят, что годы придают мудрости — они врут. Ты вот как был идиотом, так и им остался, а ведь с нашей последней встречи почти десять лет прошло. Выходит, не в коня корм. Потому что и ежу понятно, что теперь не тебе решать, где мне место, а где нет — волеизъявление папаши, Дуарх его дери! Sapienti sat*, как говорят лекари.

(*прим. (лат.) — «умному достаточно», «для понимающего достаточно»)

— Да я убью тебя! — рявкнул Драгояр, пытаясь нащупать рукоять кинжала или баритты, но в этот зал не разрешалось проносить оружие.

— Как скажешь. Только не здесь. Позже. Не будем портить дорогие ковры, папаша бы это не одобрил. — Альберт бесцеремонно поднял серебряную крышку на блюде, с которым подошёл слуга.

— Договорились, — произнёс Драгояр многообещающе.

— И только не делай такое лицо, будто уже сочиняешь мне эпитафию! — хмыкнул Альберт и выпил немного вина.

— Я сильнее тебя!

— А я умнее. И злее, - Альберт зло прищурился. - Так что напомни, чтобы я прислал тебе корзинку с бадягой на утро — помогает сводить синяки с лица. Я же лекарь, знаю, что говорю.

— Альберт, ты, кажется, перегибаешь палку, — вмешался Гасьярд.

— Что, дядя Гас, как я погляжу за десять лет ничего не изменилось в этом милом зверинце? Стабильность — признак мастерства.

— Почему же не изменилось, — ответила Милена язвительно, — кое-что изменилось в худшую сторону — ты вот в конец оскотинился, Альберт. Впрочем, это и не удивительно, если общаться в основном со шлюхами, да пить в портовых кабаках.