Грядущее вчера

***

- Мне тоже не нравился этот шкаф, - под начищенными туфлями Парзифаля скрипело стекло от дверцы-витрины, - и эти коллекционные пластинки, которые выудить из коллекции какого-нибудь жлоба будет невозможно, - шаги ко мне, - и кресло из красного дерева, - он встал за моей спиной, - а вот это мне очень дорого, - из моих дрожащих пальцев изъяли револьвер, - поэтому спрячу подальше от твоих не в меру любопытных и неаккуратных пальцев, - его выражения лица я не видела, хотя догадывалась о нём, - Рэффи…

- Ты так спасался? – резко отвернулась от окна к мужчине я, - расстреливая каждого из этих… чёртовых… - воздуха не хватало.

Парзи как обычно имел своё мнение на всё на свете:

- Не скажу, что это не так. Косвенно, - он процеживал каждый мой взгляд через свою цепкую призму восприятия, - однако в большей мере заменителем была ты.

Брови сдвинулись в одну кривую линию.

- Я? – переспросила, упираясь спиной в оконную раму.

У мужчины от этого дёрнулась щека.

- Тот робот, которого ты отформатировал две недели назад? – вышло как-то совсем напористо, - каркас живой куклы.

Он усмехнулся и неожиданно расслабился.

- Скорее, твоё творение, - бровь дрогнула, - ты видела и слышала о современном мире пусть и крохи, однако они должны были сложиться в приблизительную картину, - он немного подался вперед, - твои записи и исследования позволили мне создать то будущее, которое заслуживает человечество. Которое станет идеальным для тебя и меня, Рэффи. Уже стало, - вновь усмешка, но теперь с пылающим идеями и гордостью во взгляде, - «Будущее стремится к гармонии…

- …попрекая совершенство», - продолжила за него.

Эти слова дались мне горько. Настолько несчастно и вымученно, что в голове роилась крепкая угловатая мысль о том, что именно я виновата в случившимся. По этой причине не существовало моих близких и меня. По этой причине существовал мир будущего с миллионами вечных жизней и успевших возродиться.

Возрождение?

- Я не справилась, Парзи, - проронила, отворачиваясь к окну и приставляя ладонь к стеклу.

Там, параллельно моим пальцам, грелись под солнцем вышки высоток, ограниченные непрозрачными стеклянными листами. Иногда на них играючи мелькали вероятно даже не рекламные, а пропагандистские слова Ньянг Лабор.

Жизнь текла быстроводной рекой времени. Нам оставалось лишь ставить плотины, наслаждаться и одновременно страдать от своего выбора. Случайное деревянное ограждение, и мы сменили ландшафт.