Помощница темного фейри

Закрыла дверь комнаты, расправила постель и забралась в нее, тут же забывшись спокойным сном, в котором мне снова снилось маленькое голубоглазое чудо. В чертах которой я находила свои собственные черты.

— Кто ты? Кто? — спрашивала я ее.

— Помоги, — практически плакала она и тянула ко мне свои маленькие, тонкие, изящные ручки.

Я проснулась оттого, что сердце заходилось в бешеном ритме. Снова этот сон. Только вместо неги и тепла я проснулась исполненная тревоги и дурного предчувствия. Ощущение, что тучи сгущались надо мной и что скоро все изменится, не покидало.

Как и ощущение, что мне следует поторопиться, потому что должно было произойти что-то очень плохое. Мое прошлое… что же ты скрываешь?

В комнате послышался шорох, плотно задернутые шторы, не позволяющие лунному свету проникать в комнату, сыграли со мной злую шутку. Однако я сразу поняла, кто находится в тени. Его темнейшество стоял и смотрел на меня.

— Я голоден, — лишь произнес он.

— Ты же ненавидишь меня, — также тихо ответила ему я.

Тот сдернул тонкое одеяло с меня и отбросил его в сторону.

— Одно другому не мешает, — прорычал он и склонился надо мной, тут же впиваясь в мои губы жестким поцелуем. А я только сейчас поняла, насколько сама голодна. Чувство голода возобладало надо мной, над собственной гордостью и самообладанием. Моя сдержанность катилась в бездну. Неважно, что будет завтра. Неважно, что он снова наденет маску холодности, равнодушия и пренебрежения, напомнит мне, что я для него всего лишь рабыня.

Сейчас я чувствовала, что он нуждается во мне. Его зверь тянется ко мне, так же как и я к нему. Я хочу испить все то, что он мне может предложить.

Я потянула принца на себя, почувствовала тяжесть его тела, сжала его длинные черные волосы в кулак и натянула, сама набрасываясь на его рот. Толкнула его в грудь, перевернулась и снова впилась в его губы, кусая и зализывая. Он сжал мои бедра, я выпустила когти, прочертила полоски на подушке и части простыни, впилась в его запястья.

Он выдернул кисти, толкнул меня, и я снова оказалась лежащей на простыне. Я приподнялась и потянулась за ним, но он отстранился. Я зарычала, оскалившись ему в лицо, он же лишь улыбнулся.

А дальше мы мало походили на нормальных существ, больше были похожи на обезумевших зверей, нуждающихся друг в друге, инстинкты которых требовали получить свое. Ему отдать мне энергию, а мне — поглотить все, что он может дать, и даже больше.