Помощница темного фейри

Я пока подожду и выпью чая, — я отпустила трясущийся подбородок женщины и присела за столик. Демонстративно налила себе чая и отпила его.

— Я посижу с королевой. Подай ей тоже чай.

— Но ей еще не время есть…

— Так она и ест по расписанию? Прости, а кто его ей написал, не они ли? — я кивнула на дверь.

— Нет. Личный повар короля.

— Занимательно. А знаешь, я, пожалуй, пойду. Только дам тебе совет: лучше следи за своей госпожой. В конце концов, ведь ты точно знаешь, к кому надо спешить жаловаться, только почему-то не делаешь этого.

.. — я окатила прислугу холодным взглядом. Потом вернулась к королеве, запоминая ее лицо и взращивая в себе злость.

— Этого больше не повторится. Я… обещаю, — произнесла и, слегка дотронувшись до ее сцепленных рук, больше не оглядываясь, покинула ее комнату.

Решение было принято сразу. Я точно знала, что буду делать. Моя внутренняя ярость от увиденного подогревалась и собственным чувством дежавю. Только тогда мне никто не помог… кажется.

Следовало переодеться и выскользнуть из дворца незамеченной.

Я планировала вернуться дотемна из той сгоревшей деревушки и уже сегодня поставить точку в издевательствах над измученной женщиной.

Глава 5

Как и планировала, вечер я уже встречала в компании «любимого» принца. Я сидела на просторном диване в кабинете и под его пристальным взглядом читала донесение на Варису Луноликую. Я надела свободные шаровары изумрудного цвета с двумя разрезами на каждой ноге спереди и сзади, с узкой резинкой на щиколотке.

Легкая полупрозрачная ткань смотрелась изумительно, демонстрируя длинные, стройные ноги, а короткие шортики под органзой, прикрывали важные стратегически места. Короткий топ с длинными рукавами и узкой, почти под подбородок горловиной был наглухо закрыт, тем самым привлекая излишнее внимание только к моим ногам на высоких каблуках. Волосы, как обычно, я убрала в хвост, открыв свои уши. Я сама себе запретила стыдиться шрамов на них. И его темнейшество последний в мире мужчина, ради которого я их еще раз спрячу и испытаю угрызения совести о собственной ущербности.

Я чувствовала на себе темный взгляд принца, который с тех пор, как я к нему пришла, не проронил ни слова. Полагаю, он ждал либо новостей о двух девицах, что отдал мне на растерзание, либо того, что я скажу что- то едкое по поводу «записки влюбленного идиота». Ведь ничем иным данный опус являться не может. Я подняла глаза.

— Уволь того, кто собирал эти данные о принцессе.