Позволь мне выбрать

Хочет великосветских церемоний – пожалуйста, он их получит!

- Не соблаговолит ли его высочество слегка посторониться и пропустить меня, простую и незаметную подданную Далиссийской империи, чтобы я могла вернуться в свою скромную обитель?

- Как ты меня назвала? – нахмурился Ариан.

- Ну, ты ведь приходишься родственником правящей семье, значит, тебя можно назвать высочеством? Или как правильно? Ваша светлость?

- Забудь, - отмахнулся старшекурсник, шагнув ко мне. Внезапно он покачнулся, и я, изумлённо охнув, отступила.

Он пьян!

С детства я боялась нетрезвых людей – с тех пор, как меня напугал перебравший слуга. Того на другой день уволили, но страх остался. И вот сейчас он напоминал о себе, заставляя пятиться в то время, как Ариан эль Кимри, пошатываясь, приближался ко мне.

Почему он напился? И где взял спиртное? Впрочем, пронесли же как-то ликёр в женское общежитие. Вот только тот напиток был сладким и безобидным, да и в кофе его подливали совсем по чуть-чуть каждой.

- Ты что, боишься? – спросил он. Наконец-то остановился, и я перевела дыхание. – Меня?

- Нет, - покачав головой, ответила я. Очень старалась, чтобы голос звучал твёрдо, но тот всё равно дрогнул, выдавая испуг. Хоть бы кто-нибудь прошёл по коридору!

Но никто не спешил появляться. Тем временем, Ариан снова приблизился, оттесняя меня к стене. Его лицо исказила усмешка.

- Я-то думал, ты храбрая. А ты трусиха. Такая же, как все девчонки.

- Никакой ошибки! - выдохнула я. – Можешь спросить у ректора! Он видел... моё тайное оружие!

- И что же это?

- Меч! Красивый светящийся меч! И, если бы он у меня сейчас был, я бы...

- Что бы ты сделала, провинциалочка? Убила бы меня? Того, кто спас тебе жизнь? Так-то ты благодаришь! – Ариан эль Кимри упёрся обеими руками в стену справа и слева от меня, и я почувствовала себя загнанным в ловушку зайчонком.

- Пожалуйста... Позволь мне уйти и... тоже иди к себе... Тебе нужно выспаться и протрезветь...

- Теперь ты будешь делать вид, будто заботишься обо мне? Зачем, провинциалочка? Ты ведь сразу дала понять, что я тебе безразличен... Зато Конрад тебе нравился. Так ведь?

Упоминание имени Конрада точно хлестнуло меня по лицу. Снова замелькали воспоминания. Грохот камней, отчаянные крики, пыль в горле, тяжесть чужого тела и осознание того, что произошло непоправимое.