Княжич степных земель

Следующей ночью будет Самхейн и господарь может вернуться до того, как они пересекут дикий лес и окажутся среди Пустоши, которая постепенно перерастёт в степь. А там и появятся люди. Люди! Самые простые, привыкшие жать зерно и крепко держать оружие.

Зулейка не умела ни того, ни другого, но верила, что справится. Всяко лучше, чем виться в ненавистном доме, надеясь, что тебя помилуют. Нет, она уже привыкла к мысли, что господарской ласки не получит, да ей и не надо. Лишь бы только боги позволили им уйти, а дальше всё образуется само.

Она завидовала вере Лыцка и пыталась её перенять. Выходило слабо. Парень спал крепким сном, а до этого ходил веселее обычного, напевал песни и смеялся Марене в лицо. Неужто он, думалось Зулейке, не боится оказаться наедине с разъяренным господарем?

Впрочем, была и другая причина тревог. Иные приходили к ней из мира нави. Они с сожалением смотрели на Зулейку и вечно повторяли, что она, как и остальные восемь, находится в огромнейшей опасности.

И это ещё сильнее убеждало: бежать из господарского дома – надо. Чтобы вдохнуть чистого воздуха полной грудью и наконец–то начать жить.

Зулейка ещё не знала, будет ли она прятать свои познания от людей или станет известной чародейкой среди степного племени. Хоть какого–то. Она вообще не думала, что будет после. Какая–то часть её полностью лишилась надежды и верила в неожиданное возвращение чародея, его гнев и злобу. И пусть, но оставаться и постоянно смотреть на ворота со страхом Зулейка не станет.

Ей стоило большого труда не прикасаться к палёной воде. Устав ворочаться, она поднялась, схватила заранее собранную котомку и вышла за порог. Багровые лучи только начали появляться. Ночная мгла будто бы сражалась со светом, уступая последнему. Роса приятно холодила ноги. Зулейка улыбнулась и присела.

А ведь было в этих годах что–то хорошее. Травы, камни, пряные напитки и праздничные ужины вместе с остальными. Конечно, служба тяжело давила, но порой это казалось настолько привычным, что… О нет, она не будет этого признавать! Зулейка слишком долго ждала и решалась.

Да и не хватит у неё смелости побежать через чащу самой, особенно в волчье время.

Да, она будет оборачиваться, вспоминать Марену, Ядвигу, Лешка и других. Но не жалеть.

– О, – Лыцко пришёл удивительно вовремя. - А я–то думал, куда ты запропастилась. Идём?

Парень с весёлым свистом зашагал к воротам. Зулейка встала и побежала вслед за ним.