Целитель

Искать оказию, останавливаться для заработка… даже чтобы ограбить путника, нужно время. К тому моменту, как ты доберешься до ставки, соратники, – Альмод хмыкнул, – все будут уверены, что ты дезертировала, а чтобы не нашли, прихватила образцы. Кто там сейчас Первый? Астрид? Она упертая, если уж чего решила, не передумает. Так что… пятьдесят плетей.

Она обессиленно рухнула на овчину.

– Сволочь…

Он пожал плечам и шагнул в лес. Пусть думает что хочет, есть заботы насущней.

На самом деле едва ли Нел обвинят в дезертирстве, если она вернется в орден сама.

И если не дура, она это поймет. Но, может быть, передумает возвращаться. Стоило столько возиться, чтобы через месяц-другой девчонка сдохла где-нибудь в другом мире, когда командир не удержит плетение прохода. Или ее все же достанет очередная тварь. Альмод терпеть не мог бессмысленной работы, а при таком раскладе все его труды выходили именно что бессмысленной работой. Впрочем, сам дурак. Зарекался же подбирать бездомных котят.

Мешок с вещами и серебром он закинул в дупло старой березы.

Там который год было осиное гнездо, так что вряд ли кто полезет. Насекомые побились о барьер, выплетенный Альмодом, и отвязались.

Переклички поисковиков в лесу по-прежнему не было слышно, зато, когда он подошел к городу, застучали топоры. И не один. Как будто половина Мирного выбралась по дрова на ночь глядя. Совсем они там с ума посходили, что ли?

А потом в нос шибанул запах гари. Альмод озадаченно нахмурился. Для лесных пожаров рано, весна хоть и была теплой, но лес еще не прогрелся до того состояния, что готов полыхнуть от малейшей искры, точно трут.

В городе пожар? Поэтому чистильщикам не до поисков пропавшего командира?

Он прибавил шагу, забыв, что нужно быть осторожным. По счастью, ноги помимо разума несли его в обход лесорубов. Что-то в них тоже было неправильным… Нет разговоров, понял Альмод. Разговоров, шуточек-прибауточек, добродушной ругани – всего того, что сопровождает людей, работающих хоть и тяжело, но не в одиночку.

Он вышел на опушку, замер на миг. Частокол стоял, как прежде, но за ним не было видно крыш. И куда-то пропали караульные-ополченцы у ворот. Гарью воняло и вовсе невыносимо. Да что там случилось? Забыв об осторожности, Альмод пролетел ворота едва ли не бегом и застыл, задохнувшись, точно от удара под дых.

Города больше не было. Черные остовы домов, где-то – со скелетами крыш, где-то лишь торчали в небо закопченые трубы печей.