Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

Кого другого этот вопрос еще мог поставить в тупик, но не Аида, бороздившего далекие северные земли на собачьей упряжке и жевавшего квашеную моржатину в круглом доме, сделанном изо льда, а потом плясавшего на снегу под звон шаманского бубна.

– Летом этот зверь желтый, а зимой белый. И вот представьте: мороз! Вокруг снег! Лежишь себе в засаде, никого не трогаешь, и вдруг краем глаза замечаешь движение. Шевелиться нельзя, а оно приближается: издалека как будто ком снега… и в нем глаза, нос и пасть!

Гермес и Минта прониклись и больше вопросов не задавали.

Вскоре лопуховое поле сменилось хвощами и тростником. Под ногами хлюпала вода, редкие асфодели совсем поникли – им не нравилось расти на болоте. Зато непонятно откуда налетевшим комарам и мошкам болото нравилось, даже очень. Богов они пока не трогали, даже Аида, хотя его кровь и была правильного красного цвета – но нимфу нашли очень даже съедобной.

Минта взвизгнула, пытаясь отмахнуться от звенящего роя, оступилась и шлепнулась в лужу.

На нее радостно прыгнули три разноцветные лягушки – большая темно-зеленая, маленькая посветлее, и одна, совсем крошечная, странного желтого цвета.

Аид за шкирку выдернул нимфу из лужи:

– Пойдем быстрее, болото уже заканчивается.

Да, болото, в смысле буйство тростника и хвощей, заканчивалось, начинались какие-то темные, утыканные колючими кактусами холмы. Почва была неровной, к тому же там тоже стояла, нагло игнорируя уклон почвы, тухлая вода, и пройти можно было, только прыгая по торчащим на каждом шагу кучам.

Кучи шевелились.

– Мне кажется, они ползут на нас, – с ужасом в голосе произнесла Минта.

Идти дальше ей явно не улыбалось, и Гермию тоже. И даже три давешние лягушки, которые с разноголосым кваканьем скакали за нимфой как за своим личным филиалом болота, тоже как-то притормозили.

Аид стянул с головы шлем-невидимку, и Минта с Гермесом тут же перевели на него взгляд.

– Мы бессмертные боги и нимфы и не боимся каких-то там муравьев, – твердо сказал экс-царь.

Потом перевел взгляд ниже и добавил, – даже если у большинства из нас на ногах не сапоги, а сандалии.

– А они кусаются?..

– А если я случайно споткнусь и уроню царицу?..

Аид перевел взгляд на спящую Персефону на руках у Гермеса и попытался представить, как интересно ей будет проснуться среди копошащихся муравьев. Или, может, при виде нее они разбегутся?

Экс-Владыка попытался представить – лежишь себе, спишь, и тут – бац! - упал.