Иномирец

«Интересно, какое расстояние мы преодолели за ночь?»

Нам с девушками предстояло одеться в подобия ряс с капюшоном и держаться позади Нургха, не мешая ему вести переговоры.

Купол я заметила издалека. Он напоминал мутную целлофановую пленку и просвечивал насквозь: то, что находилось внутри, было не видно, но вот то, что позади, - проглядывало словно в тумане. Метров за сто до купола Нургх подвёл плот к берегу, и мы сошли, разобрали вещи и двинулись в сторону города шаенгов. Было очень тревожно, но вместе с тем и любопытно – как оно там, внутри.

- Мысленно ко мне не обращайся, пока я не скажу, - пришла сосредоточенная мысль. - И что бы ни случилось - не бойся. Вам однозначно ничем не навредят.

«Обнадежил! Можно подумать, если навредят ему, мне полегчает».

Подойдя вплотную к куполу, Нургх коснулся его рукой, вспыхнули искры. Я оглянулась на девушек. Даже мне было очевидно, что их просто трясло от страха. Почувствовав вибрацию, я резко повернулась к куполу и увидела, как сквозь него начинают проходить шаенги - высокие, бледнокожие, пепельноволосые и желтоглазые.

Каждый с обнаженным соргом. Не произнося ни звука, они мгновенно окружили нас. Один из них, с морщинистым лицом, искаженным яростью,остановился прямо перед Нургхом.

- Соордж, ради моих спутниц, - при этих словах окружавшие нас мужчины как-то неуловимо вздрогнули, и все внимание, до того прикованное к Изгнаннику, переключилось на нас, - будем говорить вслух.

- Как смеешь ты вообще ожидать, что с тобой будут говорить?! Как посмел ты явиться к нам?!

Оглушительный вопль стал последней каплей для перепуганных доргинь, и девушки как-то разом обмякли.

Стоящие позади нас шаенги подались вперед, не позволяя им коснуться холодной почвы, чуть погодя обе уже оказались на руках мужчин. Причем стоявшие рядом как-то особенно напряженно всматривались в своих более «удачливых» соседей.

- Я не мог не вернуться, так как получил Зов и обрел Связанную! - прозвучал решительный голос Нургха.

Шаенги вздрогнули.

Потрясение, неверие и даже зависть отразились на лицах большинства. Соордж так вообще побелел и потрясенно отступил на шаг.

- Ты? Как это возможно? Почему так несправедливо... - донеслось до меня его бормотание.

- Отец, - вперед выступил один из более молодых шаенгов, - это меняет ситуацию. Мы не можем допустить, чтобы Связанная осталась без защиты рода.

- Её мы впустим, но его - никогда, - с еще большей ненавистью выплюнул глава рода.