Междукнижие. Армелонский цикл

Беата на цыпочках подошла к кроватке, с полминуты полюбовалась на сына – тот, как и просил Одже, что внешностью, что характером пошел в нее, разве что пушок на голове был папиным, белесым, – потом осторожно коснулась мужниных плеч и наклонилась к его уху.

– Пойдем в постель, заботливый мой, – прошептала она и нежно потерлась носом о его висок. – Утром опять не встанешь.

– Ты тоже устала, – не удержавшись, зевнул Одже и закопался пальцами в ее волосы. – Целый день с таким строптивцем. И завтра все по новой.

– Уже сегодня, – улыбнулась Беата и потянула его к двери. – Четыре часа до подъема, а ты и не спал толком. Будешь потом на службе носом клевать – главнокомандующий по головке не погладит. Еще и пожалеет, что на должность такую назначил.

– Не пожалеет, – усмехнулся Одже, однако за Беатой послушно последовал. – Ему самому скоро не до службы будет. Да и сейчас, честно говоря, он о работе в последнюю очередь думает.

– Распустите дружину, – рассмеялась Беата.

– Вилхе только домом и грезит. Ярке ждет не дождется встреч с невестой. Ты полгода в полусонном состоянии ходишь. Раньше хоть Хед все это безобразие как-то в чувство приводил, а теперь и ему не до порядка. Руку обрел, а чувство долга потерял. Дядя Тила посмотрит-посмотрит, да и разгонит вас всех, пока не осознаете.

– Так осознали уже, – улыбнулся Одже, забираясь под одеяло и раскрывая Беате объятия, – что в действительности самое главное. И подвиги к этому не имеют никакого отношения.

– От тебя ли я это слышу? – весело подколола его Беата и принялась щекотать, мстя за предыдущую потребность доказывать собственную состоятельность. Впрочем, она отлично понимала, что в том своем затравленном состоянии поступать и думать иначе Одже просто не мог. И имела право поставить себе в заслугу то, как теперь он переменился. Давно ли поражался тому, что Хедин с отцом оценили его умения и предложили возглавить Первый отряд, искренне опасаясь, что не справится и только подведет Беату собственной нерасторопностью? А теперь освоился, научился общаться с ребятами и командовать подчиненными, навел в своем хозяйстве идеальный порядок, обрел уверенность в себе – и только на Беату по-прежнему смотрел как на настоящее чудо.

Но уж в этом разуверять его она никак не собиралась. – А я думала, до конца жизни не угомонишься, если даже возрождения Огненного камня тебе не хватило.