Междукнижие. Армелонский цикл

Даже победа над драконом, с которым Одже справился в одиночку, чего до него не удавалось никому на свете, не добавили ему самоуверенности и тщеславия. Он и за наградой от градоначальника поднимался на помост в страшном смятении, не зная, куда спрятать глаза от смотревших на него с восторгом армелонцев, а Беата едва не лопалась от гордости за мужа, тайком выглядывая в толпе его мать в надежде, что хоть та наконец поняла, каким сыном одарили ее боги. Отец Одже пал на поле боя и – то ли к сожалению, то ли к счастью – так и не узнал, как ошибался на его счет.

Слава Ойре, сам Одже, обретя в лице Беаты и ее родных настоящую семью, больше не печалился из-за отношения к нему родителей и не считал себя не заслуживающим простого человеческого счастья.

– Хотела бы влюбиться в тебя еще сильнее, да уже некуда, – после искренних поздравлений хитро сообщила мужу Беата. – Дядя Тила – и тот с завистью о твоем подвиге говорил. Явно не отказался бы местами с тобой поменяться.

– Да какой подвиг, Беата, когда эта тварь сотню мальчишек ни за что ни про что положила? – с горечью покачал головой Одже. – И еще не побрезговала бы. А мне с твоей защитой никакой дракон не страшен был. Знал, что не пропаду. Так что не по адресу совсем эта награда...

– Ну вот еще! – возмутилась Беата и отобрала у мужа наградной щит. – Нашему сыну о твоей боевой славе я буду рассказывать! А то у тебя все как-то больно скучно. Я же распишу во всех красках.

Будет мальчишке гордость и пример для подражания!

Одже покраснел и благодарно заключил ее в объятия. К тому времени они уже знали, что у них будет ребенок, и Беата подозревала, что причиной тому стала их первая ночь после возвращения Одже с границы. Тогда Беата еще не знала ни про дракона, ни про мужество любимого. Просто упивалась счастьем его возвращения и сгорала от жара его близости. И упрекала в том, как соскучилась по нему, и клялась, что больше ни на шаг его от себя не отпустит.

А Одже соглашался, и обещал, и прижимал к себе все крепче, не давая дышать и думать, и оттаивал от ее любви после ужасов смертельной битвы, и возрождался от сумасшедшего стука ее сердца – ее обожающего его сердца, – и словно бы позволил себе наконец впустить в душу уверенность в их будущем...

И боги наградили долгожданным подарком – куда как более ценным, чем любое поощрение.