Слёзы гор

Последнее обстоятельство меня пугало сильнее, чем голод. Не дай, Свет, какая-нибудь гадость из Тумана нацелится на деликатес. Поэтому пусть мне будет голодно, но безопасно.

Вот сижу я сейчас в плетеном кресле, завернувшись в шаль, и с тоской поглядываю в окошко. Если бы не Туман давно бы ушла в лес на охоту. Самое ужасное заключалось в том, что по мимо голода, я страдала и морально. Девчонка после того ритуала совсем расклеилась. Как только мы оказались в башне после известных событий, начался кошмар. Уж лучше бы меня мучила совесть, чем благородная.

Видите ли ей показалось, что мы погорячились с клятвой, можно было решить проблему иначе. То, что мы сделали – это бесчеловечно и неправильно. Потом ее мучил страх, что кто-то прознает о ритуале. Создание высшей нежити в Империи карается сожжением, неприятно, но факт. Ко всему прочему она умудрилась подхватить лихорадку. Так что предыдущие два дня я сидела у постели больной и исполняла ее капризы. Сегодня она вполне оправилась, поэтому всучив девчонке справочник по нежити, отправила его штудировать.

Конечно, я тоже боялась, но не показывала своего состояния. Было настолько страшно, что даже в мои сны приходил Туман. Белое марево медленно поглощало меня. Когда все тело исчезало в его ненасытной утробе, я просыпалась в безмолвном крике. Если девчонка боялась, что кто-то в Империи прознает про ритуал, например Церковь, то меня одолевал страх другого рода. Нежить. Я боялась вновь встретиться с охсом, который стал высшим. Если раньше он был силен, как вожак стаи, и просто обычная нежить, то теперь все изменилось.

Охс стал опасней намного больше, приобретя человеческое обличье. Девчонке я не сказала, решив не пугать еще больше, но у нежити зародилась магическая искра. Вывод был неутешителен, охс не просто стал высшим, он приобрел дар. Больше всего меня пугало то, что когда-нибудь наши пути с ним пересекутся. Есть у подобной нежити слабость, они как люди начинают ностальгировать и вспоминать былое. Я зябко передернула плечами.

– Яра, ты занята? – требовательно спросила меня гостья. Я уже слышала, как она поднимается по лестнице на третий этаж. Принесла же нелегкая.

– Чего тебе? – мой ответ деликатностью не страдал.

– Мне скучно.

Лучше б она промолчала. Окинув девчонку неприязненным взглядом, я произнесла:

– Спляши.

– Послушай, Яра…

– Яра – это дворовая собака, что готова перегрызть человеку горло за кусок мяса. Мое имя Ярогнева, – резко перебила я благородную.