Слёзы гор

– Не зарекайся, – предупредил гном. – Так что там с Блуждающими городами?

– Вейлар, Мюнлар и Хамау – города призраки. Болота не поглотили их. Теперь они блуждают по всей территории топей. Охотники даже составили карты, где указаны примерные местоположения городов в зависимости от времени. Конечно, это все приблизительно.

– Крепость есть на их картах?

– Мне вот интересно, гном, когда вы отправлялись в топи, неужели никому не пришло в голову поискать карты Туманных топей? – с издевкой спросила я.

– Они у нас были.

– Ясно. Никто из вас, великих воинов, не учел, что Туманные топи живые, и за столько лет эта территория могла измениться? – на душе от каждого заданного вопроса становилось немного светлей, так приятно ударить по чужому самолюбию, особенно по самолюбию тех, кто считает, что все знает в этом мире.

– Мы редко покидаем Вечные скалы, – хмуро произнес Гарбхан. – Этот мир уже не так рад нам, как когда-то.

– Может пора задуматься.

– Поверь, волшебница, мы задумались. Для моего народа еще есть шанс, и мы им воспользуемся.

Мне бы стоило задуматься над последней фразой гара Фенда. Но, увы, я посчитала ее не важной и лишь промолчала в ответ.

[1] Гар - подчеркнуто вежливое обращение к гному.

[2] Тан - титул, присваиваемый гному-воину, который более трехсот лет являлся «щитом» Вечных скал.

Глава 5

Оказывается, за этот год я узнала столько о Туманных топях, что могла составить справочник. Оно и не мудрено, живя рядом с опасным хищником волей-неволей изучаешь его повадки и привычки.

И то, что для меня было обыденно, для гномов являлось откровением. Еще из разговора с Гарбханом я поняла, что воины шли вслепую. Конечно, карты гномов составлялись на совесть, но они уже безнадежно устарели. Вот тут-то и пригодились мои познания. Сама я в топи не лезла, но даже на границе хватало порождений тумана, не говоря уже о том, что после того как я здесь обосновалась, ко мне наведывались в гости не только жители деревни, но и охотники за прошлым. Их визиты не были частыми, но весьма запоминающимися. Обычно они заглядывали уже на обратной дороге, если сумели сохранить разум и жизнь. За прошлый год ко мне наведывались пять раз. Обычно из всей группы отчаянных авантюристов выживал только один, иногда двое. Люди, родившиеся в рубашке и оставившие её там, бежали ища помощи. Проклятия, раны, трансформации – можно перечислять долго, что они приносили на своем теле и в глубине души. Двоим я помочь не сумела, похоронив их недалеко от башни в лесу.