Леди второго сорта

Интересно, что там внутри? Я потянулась к одному из отделений, собираясь узнать ответ на свой вопрос, и в этот момент боковым зрением заметила, что кольцо на пальце опекуна загорелось приглушенным красным светом, а за спиной Давенпорта мелькнул размытый белый силуэт.

— Что? — коротко спросил Давенпорт, глядя на мерцающий алым камень.

— Рэн, мы можем встретиться? — послышался низкий мужской голос, причем шел он прямо из кольца. — Это срочно.

— Ты один? — бросив на меня короткий взгляд, негромко спросил опекун.

— Да, — ответил неизвестный. — Ты дома? Я за тобой заеду.

— Я в особняке Бернстофов.

Кольцо вспыхнуло ярким светом, и в нем что-то затрещало.

— Лукас? — позвал Давенпорт.

Камень заискрил, и лишь спустя несколько секунд снова раздался голос.

— Да, я слышу, — сказал он, и мне показалось, что неизвестный чем-то недоволен.

— Приезжай, — коротко сказал Давенпорт.

— Что ж, ладно. Буду через десять минут, — с непонятным сомнением протянул баритон, и камень погас.

— Вам пора уходить?

Я почувствовала облегчение. Рядом с этим строгим и чопорным мужчиной мне было не по себе. А так, уйдет он, и я спокойно осмотрюсь, познакомлюсь со слугами, подумаю над тем, что делать дальше. Может, попробую кого-нибудь осторожно расспросить о Белле. Хотя, сделать это будет непросто. «Вы не подскажете, какой у меня характер? А что я предпочитаю есть на завтрак? А как относилась к тетушке?» Боюсь, после таких вопросов меня точно запишут в сумасшедшие, и сдадут в психушку.

— Да, пора, — брови опекуна сошлись на переносице, придав длинному лицу еще более суровый вид. — А тебе лучше подняться наверх, в свою комнату.

— Но я не устала.

— Белла, не спорь, — в голосе Давенпорта послышалось предупреждение.

Ух, какой грозный. Привык отдавать приказы, вот только я терпеть не могу, когда мне пытаются навязать чужую волю. И потом, если я сразу не поставлю себя с этим опекуном так, как нужно, то не успею оглянуться, как он превратит меня в послушную куклу.

— Я и не спорю, — спокойно ответила Давенпорту. — Просто говорю, что прекрасно себя чувствую, и собираюсь продолжить осмотр дома.

Опекун заложил руку за борт сюртука и нахмурился.

— Изабелла, — начал он, но продолжить не успел.

В открытые двери гостиной гуськом вошли пять женщин во главе с экономкой, и четверо мужчин. Они неловко, толкаясь и переглядываясь, выстроились в линейку, и уставились на меня с плохо скрытым любопытством.