Леди второго сорта

Присси, с которой я уже успела познакомиться, настороженно смотрела из-под полей своего странного чепца.

— Миледи, вы хотели видеть слуг, — выступила вперед Эльза. — Вот, извольте, все здесь.

Женщины несмело улыбались, правда, от этого их лица не выглядели приветливее, мужчины хмурились и косились исподлобья. Казалось, слуги не знают, чего от меня ждать, но уже заранее настроены на худшее. Что и говорить, компания подобралась колоритная.

— Думаю, вы уже знаете, что из-за падения я потеряла память, — решив не обращать внимания на недоверие прислуги, бодро заявила я.

Я проехала вперед и остановилась перед кривой «линейкой», переводя взгляд с одного лица на другое. Люди поспешно закивали, одна женщина даже улыбнулась вполне нормальной улыбкой, а в глазах еще двоих я заметила жалость.

— Представьтесь, кто есть кто?

Я внимательно посмотрела на слуг, пытаясь понять, что с ними делать. Для меня само наличие в доме прислуги казалось странным. Я привыкла все делать сама, а тут столько работников! И мне придется жить в их окружении, строить из себя благородную леди, не способную одеться без помощи камеристки, отдавать приказы и делать вид, что я настоящая аристократка.

— Я Лива, миледи, — прервав мои размышления, сказала дебелая пожилая женщина с изрытым оспой лицом, и присела в неуклюжем книксене. — Кухарка.

— А я — Роза, горничная, — поклонилась вторая, и ее маленькие глазки забегали из стороны в сторону, точь в точь, как испуганные тараканы.

— Вилма, служанка, — коротко представилась следующая. Она казалась невозмутимой и равнодушной, а ее тонкие губы сжались так плотно, словно их хозяйка опасалась сказать лишнее слово.

— Присси, камеристка, — не глядя на меня, пискнула моя «личная» горничная.

— Леа, миледи, помощница кухарки, — дрожащим голосом сказала невысокая худощавая женщина в коротковатом платье. Полосатые шерстяные чулки, выглядывающие из-под него, подчеркивали ее кривые ноги, придавая служанке карикатурный вид.

Следом назвали свои имена мужчины. Среди них оказались дворецкий, конюх, дворовый работник, и истопник.

— Очень приятно, — улыбнулась я, но, если уж быть честной, приятного в знакомстве с челядью было мало. Слуги не внушали мне доверия. Казалось, каждый из них что-то скрывает, или чего-то боится. Знать бы еще, чего.

Я продолжала разглядывать переминающихся с ноги на ногу работников, и в этот момент раздался мелодичный звон.