Русалка для слуги Кощея

Что она наделала? Может быть, не стоило так сразу рубить с плеча? Дождаться хотя бы отца, который, как объяснили троюродные братья, отправился на Полудень посмотреть, какая нечисть завелась у порогов реки Глубокой. Сотник Снежнодар и братец Поток – это еще не все ящеры. Впрочем, она знала, что и старейшины не сказали бы ей ничего иного и Велимора в город не приняли. Слишком много отступник сородичам горя принес. Даждьроса припоминала, что в одной из пограничных стычек со сторожей Хозяина Нави у сотника погиб единственный сын.

Велимор это и сам помнил и лучше нее понимал. Предателям прощения нет. Так еще в годы отрочества вразумляли его суровые наставники. Даже матери отворачивались от преступников, запятнавших себя куда меньше. Потому ящер словно специально остановился на границе прежде родной земли, не моля о снисхождении, но даже изгнанником продолжая ее оберегать, в последний бой идя с единой надеждой, что его бывшая пленница, живя среди своих, вспомнит о нем добром.

Имела ли право Даждьроса эту надежду не оправдать? Память – возвышает и облагораживает, придавая павшим величавые и иногда им не свойственные черты. Но ее не обнимешь за крепкую шею и к ней на колени не заберешься. А русалка надеялась все же застать Велимора живым.

Еще на расстоянии нескольких перестрелов от Щита Исполина Даждьроса поняла, что опоздала. Костры давно догорели, но занимавшийся над скалами рассвет уничтожал последние следы порождений нави, окрашивая серый камень в золотые и багряные цвета.

Впрочем, багрянца и так хватало. Как и вязкой маслянистой склизкой черноты. Не только подступы к раздвоенной вершине, но вся тропа алели от крови, стекавшей по склонам полноводной рекой.

Когда же Даждьроса подлетела ближе, она увидела, что не только площадку на вершине, но и подступы устилают мертвые тела. Из дружин дюжины кораблей никого в живых не осталось. На носу одной ладьи, все еще сжимая посох, лежал черный колдун.

Ледяное копье сумело пробиться сквозь его защиту. Еще один, уже сам немертвый, успел подняться на вершину Щита Исполина, найдя там окончательную погибель от огня. Если бы Велимор имел побольше времени, чтобы не только хворостом, но и смолой запастись! Дэв Коркуд рассказывал, что в глубинах их пустынь сокрыто черное горючее земляное масло, которое продолжает гореть даже в воде.