Заложник ведьмы

Но стоило ему подумать о Бренне, как все иные мысли покинули его голову. Хотелось прямо сейчас броситься к ней, обнять, поднять на руки, поцеловать. Хотелось снова почувствовать ее запах и тепло. Как никогда хотелось ее потрогать, провести пальцами по волосам, прижать к себе как можно теснее. Хотелось… Хотелось того, что должно случаться только после свадьбы. И ее лицо будто было высечено под веками.

Запястье обхватили чужие пальцы. Чужой голос пытался проникнуть в уши. Чужая ладонь легла на плечо.

Шею прострелило знакомой болью.

Арлен оттолкнул ведьму и схватился рукой за дважды укушенное место. В глазах опять все плыло, ноги подкосились. Он припал к ближайшему дереву и съехал вниз, усевшись на корень. В ушах будто были кусочки хлопка, поэтому голос ведьмы слышался приглушенным гулом. Постепенно все прошло.

— Что у тебя за привычка такая? — спросил Арлен, фокусируя взгляд на ведьмином лице. Оно было совсем близко, ведьма присела на корточки рядом и внимательно рассматривала его. — Уже второй раз меня кусаешь, и все в одно место.

—Так легче всего делиться силой, — ответила она, аккуратно трогая его лоб. — Подожди немного, второй раз придешь в себя быстрее.

— Околесицу несешь.

— Если ты не понимаешь, что я говорю, то проблема не в моих словах, а в твоей головушке, — изрекла ведьма и потыкала пальчиком промеж бровей. — Если говорить проще, я сейчас снова тебя околдовала. Моя сила слушается только меня. И раз она в твоем теле, то управляет им так, как нужно мне. Теперь понял?

— Вроде бы понял, — неуверенно ответил Арлен.

— А на кой тебе еще раз меня околдовывать?

— Потому что ты перестал слушаться. Побрел в сторону деревни и все твердил имя. — Ведьма замолкла. Она смотрела в глаза, будто искала там что-то, а потом прикоснулась к следам от своих зубов и провела пальцем. — Кто она?

Арлен хотел было переспросить, но не смог произнести нужное имя. Он откуда-то понял, что ведьма не хочет его слышать. Может, это ее сила так подсказала?

— Моя возлюбленная, — ответил Арлен.

— Ты уверен?

Он открыл рот, чтобы возмутиться, но снова не смог произнести ни слова.

Нет, не из-за ведьмы. В голове не было четкого ответа. Вместо ясного «да, уверен» в черепушке метался ворох мыслей, которые сбивали друг друга и мешали сосредоточиться. Эта буря нагрянула внезапно, и виски прострелило болью. Арлен застонал, обхватил голову руками и согнулся пополам.

Спину гладила рука, будто успокаивая.

Постепенно боль ушла, а мысли растворились, оставив после себя пустоту.