Заложник ведьмы

Они без зазрений совести дошли до ведьмы и ткнулись в ноги. Мол, «пришли мы, хозяйка, посмотри на нас, красавцев». Ула не прервала свою песню, но глаза открыла. Она посмотрела на волков, а потом перевела взгляд на Арлена. Ее зеленые глаза будто искрились изнутри.

«Красивая».

Она приподняла брови, будто спрашивая. Арлен кивнул. Говорить что-то и заглушать это пение не хотелось. Ула махнула рукой, и Арлен пошел обратно к оврагу. Он обернулся, чтобы посмотреть, идет ли ведьма, и обомлел.

Она ступала медленно, чинно, словно плыла над землей.

И ведь в самом деле плыла. Ручей сменил направление и следовал за Улой. Вода текла под ее стопы за миг до того, как ее нога коснулась бы пепла, будто не позволяя замараться о грязную землю. Она пела и вела ручей за собой, а Арлен вел ее к оврагу. Он остановился на краю и смотрел, как Ула спускалась вместе с водой по следам Арлена на дно оврага, как остановилась в самом центре и замолкла. Ручей мерно стекал к ее ногам, и пепел на его бережках намокал и оседал чернотой на землю.

— Спустись, — промолвила Ула, и Арлен подчинился. Он аккуратно ступал рядом с ручейком, падать кубарем еще раз ему не хотелось.

Он подошел к ведьме. Она протянула руку к его плечу и коснулась пальцем раны. По ее руке потекла вода и напитала окровавленную рубаху. Она струйками стекала по локтю и запястью и капала наземь розоватыми каплями. Прохладная, она унимала боль.

— Неуклюжий, — прошептала Ула.

— Объяснишь, что происходит?

— Я лечу твою рану.

— Ты же знаешь, что я не про это спрашиваю, — сердито, но тихо промолвил Арлен.

Казалось, что громкие разговоры в этой лесной тиши могут спугнуть что-то важное. Или кого-то.

Ула слегка улыбнулась и погладила пострадавшую руку.

— Увидишь. Надо лишь дождаться сестер.

Вода продолжала стекать ей под ноги. Она уходила сквозь пепел куда-то вглубь, прибивая его к земле. Он словно таял, как снег весной.

— И долго их ждать?

— Не знаю, — покачала головой ведьма.

Повисло молчание. Оно не было гнетущим, но в воздухе чувствовалось нарастающее напряжение.

Словно все вокруг готовится к чему-то. Как затишье перед сильной бурей. И что с собой принесет эта буря, никому не известно.

И в противовес этому напряжению Ула была спокойна и расслаблена. Она продолжала влажными пальцами гладить руку Арлена, уже полностью здоровую, без ран и ссадин. В какой-то момент она посмотрела ему в глаза, и в них блеснул озорной огонек. Она зажевала нижнюю губу, что-то свое обдумывая, а потом спросила.