Желание

Длинные темные волосы аккуратно уложены и спадают на плечи крупными локонами, длинное кремовое платье под наброшенным на плечи черным пиджаком едва заметно переливается в ярком свете потолочной лампы. Как и всегда, мама выглядит так, словно сошла со страниц модных журналов.

Иногда Сильвия завидует ей. Она, такая нескладная в свои тринадцать, частенько поглядывает в зеркало и замечает острые плечи, дурацкую школьную форму, — красный пиджак, свободную блузку и уродливую шерстяную юбку — выступающие колени и прыщи на лице.

Как вышло, что рядом с мамой она выглядит такой дурнушкой? Когда папа бывал дома почаще, то постоянно повторял, будто Сильвия — копия матери. Со зрением у него явно проблемы.

— Снова тебе на месте не сидится, Сильвия, — цокает языком мать, качая головой. Легким, изящным движением смахивает пиджак с плеч и вешает в шкаф. — Сколько раз я говорила, не торопись и не позволяй любопытству взять верх. Ты только посмотри на себя, принеслась сюда, будто на пожар, а могла бы спокойно подождать меня в комнате.

Мама шагает в гостиную мимо кухни, и стук каблуков по паркету наполняет собой всю квартиру. Сильвия послушно шагает следом, неумышленно повторяя каждое движение — покачивая бедрами в такт шагам, держа спину ровно, задирая нос повыше. Получается скверно. Хорошо еще, в гостиной нет зеркал, иначе она не выдержала бы. Представлять себя такой же невесомой и женственной, как мама, это одно дело, а видеть, что ничего у нее не получается и рядом с ней она похожа скорее на семенящую следом креветку — совсем другое.

Сильвия хмурится и поджимает губы, пробует выпрямиться сильнее. Не выходит.

— Нам сегодня табели выдавали, — произносит Сильвия тихо, словно боится, что мама услышит. Та даже не оборачивается. — Я думала, как обычно, отдать их миссис Говард, но она уже ушла, когда я вернулась из школы. Ты не хочешь посмотреть?

Лаура Хейли не произносит ни слова.

Бродит по гостиной, подходит то к длинному металлическому книжному стеллажу, то к высокому панорамному окну, заглядывает за невесомую полупрозрачную занавеску и качает головой. Неужели и правда не услышала? Но в то же мгновение мама бросает на Сильвию такой пронзительный взгляд, что та нервно сглатывает и садится на диван. Взгляд у матери и правда говорящий, и кому, как не Сильвии, знать — это не к добру.