Желание

Если ты приложишь достаточно усилий, Сильвия, мужчины штабелями будут падать к твоим ногам и молить, чтобы ты обратила внимание именно на них. Поверь мне, это куда надежнее, чем полагаться на деньги отца, которые рано или поздно закончатся. Как и любой мужчина, в конце концов он захочет, чтобы ты выпорхнула из семейного гнезда. — Мама треплет Сильвию по волосам, и прикосновение, о котором она мечтала столько лет, кажется отвратительным. Неприятным, липким, чужим. — И к тому моменту хорошо бы иметь запасной аэродром, а то и не один.

— Вы с папой разводитесь? — вопрос срывается с языка, несмотря на то что Сильвии хотелось бы промолчать. Она уклоняется от новых попыток погладить ее по волосам и отодвигается подальше от матери.

— Да. Наши отношения давно изжили себя, мы еще в прошлом году решили, что нужно попробовать что-нибудь новое, просто нужно было утрясти кое-какие вопросы. Но мы не об этом говорили, Сильвия.

— А почему мне никто не сказал? Я же ваша дочь!

— Дорогая, наши отношения — не твое дело.

И мы с тобой обсуждаем вовсе не наш с Оскаром развод, — голос матери становится ниже, жестче. Она злится, но делает это в своей фирменной манере — изящно и стильно, с холодной улыбкой, сложив бледные руки на коленях. Темно-бордовый лак на ногтях переливается в свете похожей на змею люстры.

Внутри Сильвии поднимается и не утихает ураган. Бушует глубоко в душе, поднимая из самых глубин все старые обиды, напоминая обо всех несправедливых поступках родителей, об их безразличии.

И даже о разводе они не соизволили ей сообщить! Будто она не их ребенок, а так, приложение к квартире, где постоянно сидит одна. Такая же неотъемлемая ее часть, как миссис Говард, которую отец нанял черт знает сколько лет назад. Может быть, даже раньше, чем Сильвия вообще родилась.

Она вскакивает с дивана и едва не выбивает у матери из рук бокал вина. Хочется схватить его и выплеснуть поганую кислятину ей в лицо.

Испортить аккуратную прическу, оставить ярко-красное пятно на белом халате, размазать по лицу косметику. Сделать что-нибудь, чтобы ей было так же больно, как Сильвии сейчас.

Страх оказывается сильнее. Кто она такая рядом с матерью? Всего лишь неприметная девчонка.

— Успокойся, — приказывает мать. Ставит бокал на подлокотник и вновь поджимает губы. Взгляд у нее говорящий.