Спасти царевну

— Ежели твоя новая затея пойдет на пользу острову и моим людям, я ее поддержу, но ежели она мне не понравится, лучше сразу убей. Сама… или перепоручи дракону. Он отправит меня на тот свет с огромным удовольствием. Помыкать собой как остальными, я тебе не позволю. Ты уже давно сие поняла, иначе не стояла бы здесь, раздумывая, как заручиться моей поддержкой.

— Капитан! — на балкон быстрым шагом вошел мужчина. Дорожная одежда его запылилась, а шляпа была низко надвинута на глаза.

Ингеборга и Скоморох слаженно обернулись, полагая, что обращаются к ним.

— Буря стихла, ваша птица смогла вернуться на корабль!

— О, сие просто прекрасно! Шторм на несколько дней отрезал нас от остального мира, интересно, что произошло на Островах за прошедшее время. Ежели Вы позволите, я прочту — произнес Скоморох, обращаясь к Ингеборге. Та кивнула, радуясь передышке в сложном разговоре.

— Иди, выпей что-нибудь и отдохни с дороги, — приказал посыльному капитан «Неуловимого» и отошел к окну. Света, лившегося из него, было вполне достаточно, чтобы разобрать знакомый почерк.

Ингеборга сделала глоток и тоже поставила бокал на перила. Ей было, о чем подумать.

Скомороха она знавала еще в юности, но несколько танцев в городской ратуше, не могли сойти за близкое знакомство. Когда же они встретились вновь, другими людьми и при иных обстоятельствах, рассудительную Ингу Федоровну Тизенгаузен захлестнуло чужое безумие. Она отдала ему свою честь, буквально швырнула вместе с платьем к ногам самого неподходящего из окружающих ее мужчин.

Он был переполнен жизнью, яростью, болью, опьянен кровью, своей и чужой, что непрерывно текла сквозь его пальцы. Сии чувства едва сдерживал тонкий налет благородного воспитания. Скоморох был самонадеян, неуправляем, слишком красив, да к тому же, значительно младше самой Ингеборги. Он не считал нужным даже делать вид, что подчиняется ей, и ставил под угрозу ее договоренности с цесаревичем софийским, даже не подозревая о них.

Ситуация изменилось, когда во время очередного рейда судьба сделала Инге Федоровне Тизенгаузен прямо-таки царский подарок.

Зайдя на запад дальше обычного, ее эскадра обнаружила беспомощно дрейфующий парусник, повреждённый штормом. На предложение потопить корабль, прежде забрав с него все ценное, улыбчивый синеглазый мальчишка, встретивший их на палубе, ответил отказом. Он заливался соловьем, сулил золотые горы за помощь, но все внимание Ингеборги занимал молчаливый юноша с равнодушными, светлыми глазами.