Спасти царевну

— Еще вопросы, Ваше Высочество?

— Пожалуй, нет, — как ни хотелось царевне растянуть невероятное мгновение, она понимала, что наступило время откланяться. — В другой раз.

— Как пожелаете. Вас проводят до каюты, — церемонно поклониться капитан «Александры». Милада кивнула и без слов покинула каюту.

Первое время царевну дико раздражало, что она и шага не может ступить без сопровождения, но после Милада поняла, что сие вовсе не попытка ущемить ее свободу, а мера предосторожности. На корабле служило без малого три с половиной сотни человек.

Киро предпочитал спать спокойно, зная, что рядом с царевной постоянно находится кто-то из ближайшего окружения капитана.

Как только за ней закрылась дверь, тень тяжело оперся на стол, словно рана его вновь открылась. Маркиз был тысячу раз прав, но все равно ошибался. Никогда не существовало «просто Киро», его придумали Елисей, Маркиз, он сам, ежели на то пошло. Они заставили целое судно всерьез следовать правилам, больше похожим на детскую игру, чтобы дать возможность друг другу не быть собой.

Вот только Ки Ран, 86 поколение семьи Тан, оттесненный куда-то вглубь сознания, ни на мгновение не забывал кто он. И пусть, Киро больше не был официальной тенью Императора, он оставался сыном своего отца. Наступит день, когда ему прикажут вернуться в Империю, и тот, кто был Киро, просто перестанет существовать.

Что такое его мечты в сравнении с волей Императора Востока?

Киро надеялся лишь на одно: успеть обеспечить будущее царевны и тех, кто ему дорог, прежде чем он оставит их навсегда.

Глава 9. Заговор

«…Вы никогда не задумывались,

почему в софийских народных сказках

дурак-царевич ищет Василису Премудрую?»

Великий князь, Борис Обломский

Киро мраморным изваянием застыл на капитанском мостике, устремив взгляд к горизонту. Ну ладно, не совсем к горизонту. Даже, пожалуй, и вовсе не к нему.

Маркиз с царевной уверенно вальсировали на палубе, одинаково увлеченные этим занятием. Ветер развевал шикарные волосы Милады, небрежно подхваченные тонкой лентой, щеки царевны раскраснелись, а глаза горели неподдельным восторгом.

Для такого дела Маркиз даже организовал импровизированный оркестр, сняв с вахты всех, кто хоть как-то умел обращаться с музыкальными инструментами.

Невдалеке, в тенечке под парусом, удобно устроился Великий князь Обломский. Борис никому не навязывал свое общество столь виртуозно, что Киро порой и вовсе забывал, что он также присутствует на борту.