Жемчужина дракона

Но она все рассчитала очень точно, и теперь шла рядом, коварная лиса, и на ее лице не читалось ни грамма раскаяния.

По взмаху королевской длани музыка прекратилась, и Ее Величество сказала:

— С невыразимой радостью я объявляю о свадьбе Эштона дра Гарта и Тессы дра Виен. Медовый месяц молодые проведут в фамильном замке, вдали от столичной суеты. Пусть боги благословят их скорым пополнением семейства.

Что в переводе с королевского означало: «Езжай в глушь, Эш, с глаз моих прочь. Занимайся любовью с молодой женой у себя дома, а не в коридорах дворца.

И не появляйся, пока я не остыну».

Искаженное злобой лицо Фирста стало крохотным поводом для радости во всей этой нелепой ситуации, которая затягивала Эштона точно омут все глубже и глубже.

Конечно, он мог бы отказаться. С любой другой девушкой он бы так и поступил. Тем более Тесса не отпиралась и добровольно подтвердила, что поцелуй был исключительно ее инициативой. Как будто ее целью было не выйти за него замуж, а опозорить себя перед толпой.

Но опорочить дочь Корвина дра Виена Эш не мог.

— Церемония состоится сейчас, — непреклонно обозначила королева.

Дальше все завертелось еще быстрее: они оказались в часовне, где заспанный священник провел обряд в присутствии королевы и нескольких фрейлин. Тесса все оборачивалась на тяжелые двери, как будто боясь, что ее тщедушный жених прибежит выяснять отношения. Ее «да» прозвучало еле слышно, Эш сказал «да» с уверенностью, которой не испытывал. В качестве обручального кольца для Тессы королева пожаловала перстень со своей руки — великая честь.

Жемчужина, украшавшая золотой ободок, засияла удивительно ярко, когда он надел кольцо на тонкий палец своей жены.

— Сегодня вы очень щедры, ваше величество, — ехидно заметил Эштон.

— Думаю, ты еще удивишься, какой подарок получил от судьбы, — задумчиво произнесла королева, глянув на Тессу.

— Поверьте, Ваше Величество, я и так потрясен до глубины души, — процедил Эш сквозь зубы.

Шел на бал слегка развлечься, а обзавелся женой.

В гробу он видал такие развлечения!

— Карета подана, — бросила на прощание королева. — Сладкого медового месяца, Эш. И не смей являться во дворец, пока я не позову.

Эштон практически отволок свою жену к экипажу, без особых церемоний запихнул ее внутрь, забрался следом и вперился взглядом в невинное личико.

Обманщица! Злодейка! Интриганка!

— Может, теперь расскажешь, зачем ты все это сделала?! — прорычал он.