Плоцкие буренки (Черновик)

Тебе он не кажется странным? Ты ничего не чувствуешь? Угрозу?

– Учитывая, как поступил ты, я бы поставила вас на одном уровне, – Мири сложила на груди руки.

– А вот это обидно было, – заметил Тиур, поправляя сползающие на нос очки.

– У меня было видение. Я должна вернуться в особняк. Там что-то плохое происходит! А вдруг это связано с твоей сестрой?

– Тогда почему ты не попросила меня?

– А что бы ты мне сказал? Не подвергай себя опасности?

– Сказал бы. Но все же, позволь мне тебя туда отвезти самому, если тебе это так важно именно сейчас.

Мири скривилась. Менять транспорт на полпути – плохая примета. Мама не раз говорила об этом.

– Я поеду с Тиуром дальше. Хочешь, езжай за нами.

Тоомаш окончательно потерял самообладание и сорвался на крик:

– Я не оставлю тебя с этим ублюдком в одной машине!

Тиур задумчиво наматывал прядь медно-рыжих волос на палец.

– Поехали с нами, если хочешь. Я не возражаю.

– Вот и поеду.

Румар фыркнул и прошел мимо Тиура, не сводя с соперника взгляда.

Его нездоровая агрессия до дрожи пугала Мири. И сейчас ей действительно трудно было сказать, с кем бы находится наедине было бы страшнее. Тоомаш никогда не славился терпением, он вспыльчив, это само собой, и она видела, на что он способен в приступе ярости, когда давить детей, пусть и кочевников, ему кажется чем-то нормальным. А еще он предложил Мири встречаться. Как он отреагирует, если она откажет ему? Он и убить может. И ничего ему за это не будет.

Да, стоило выключать телефон вовсе, тогда бы этот маньячила не нашел бы ее через свое приложение.

Румар хлопнул дверями. Тоомаш не нравилось сидеть позади. Он предпочитал рулить и машиной, и ситуацией. А Тиура, казалось, ничто не могло вывести из равновесия, он словно наслаждался гневом Тоомаш. И несмотря ни на что, оставался сдержанным и учтивым. Убедившись, что все пристегнуты, он поехал дальше.

В зеркале Мири видела, как Тоомаш перебирает тетради своего ненавистного соперника, затем листает их, зубоскалит.

– Волнительна и яростна, как безупречное лезвие у шеи? – Румар насмешливо перелистнул страницу. – Мде.

– А теперь попробуй оспорь это, – невозмутимо ответил Тиур.

– Румар, не трогай чужие вещи, это неприлично! – Мири хмуро повернулась к другу, и он скорчил запредельно виноватое лицо.

– И как же я только посмел коснуться прекрасного, да?

– Прекращай!

– Слушаю и повинуюсь, госпожа! – Тоомаш показательно отложил конспекты и выставил перед собой ладони.