Плоцкие буренки (Черновик)

Несколько секунд смиренного выжидания, а затем новый прилив ядовитой злости захватил его, стоило ему обратить взор на Тиура.

– И все же, откуда деньги? Я точно знаю, что у тебя нет богатых родственников, – Румар рассматривал сумку с навороченной видеокамерой.

– А если я скажу, что талантлив, и у меня есть спонсор – ты станешь завидовать мне еще сильнее?

Румара перекосило.

– Тебе завидовать? Серьезно? Ты жалок! Это ты мне завидуешь, и пытаешься украсть у меня напарника. Но я чую, когда ты рядом с ней! Меня это неимоверно напрягает.

– Ох, Тоомаш, вот тебе я точно не завидую, – как-то странно вкрадчиво отозвался Тиур. Он отщелкнул небольшую кнопку у себя на панели и немного откинулся назад.

Они свернули с трассы, а значит, до деревни осталось немного, нужно лишь проехать небольшой лес.

Мири почувствовала, что ее клонит в сон. Сильно. Она повернулась к Румару и заметила, что он тоже клюет носом. Тоомаш потянулся к ручке двери, чтобы открыть окно, но оно оказалась заблокировано.

– Тиур... что происходит?

– Ничего особенного, отозвался друг и повернулся к ней, выдыхая носом зеленоватый дым.

Очки словили на себе блик восходящей луны, и этот зловещий бледный свет был последним, что видела Мири перед тем как провалиться в сон.

Исповедь (Глава 16)

Странное, неприятно уязвимое состояние заставило чувствовать приступ паники. Дышать стало невыносимо тяжело, Мири с силой втянула носом воздух и дернулась, вырываясь из беспамятства.

Первое, что она увидела перед собой – лесной дерн и стволы деревьев под ночным небом.

Все кружилось и плыло. Чуть позже она поняла, что руки связаны над головой, а тело прижато к корявому стволу старого дуба. Дерево узловатое, корявое, скользкое и влажное – прислоняться к нему затылком было крайне неудобно. И противно.

Мири задрала голову и увидела его кривые, обросшие опоссумом ветви. Сухая трава свисала прямо к ней, словно застывшая кровь. Рядом с этим деревом росло другое, чуть поменьше, но тоже достаточно крепкое, чтобы удержать на себе поникшего Румара.

Он еще спал.

– Эй! – Мири, как могла, огляделась. Голова болела, невыносимо хотелось пить, словно у нее было жесткое похмелье. – Ау! Это что, шутка такая?

– В кои-то веке я действительно серьезен, – отозвался Тиур, выглядывая из-за машины. Раритетная «Лань» стояла под деревьями, в стороне от дороги. Интересно, как Тиур осмелился старушку в такую грязь тащить?

Официант переоделся в старую куртку и драные джинсы, и теперь выглядел крайне непривычно.