Ее личный демон

Да и полно, как бы она вершила этот самый самосуд? Ударила девчонку мордой об унитаз или выкинула из окошка? Не готова была Кира к подобным зверствам. Одно дело, если бы Анька украла у нее что-нибудь ценное. Совсем другое — у кого-то еще.

— Ки-и-ирочка, — прошептала-протянула Сороко, — пожалуйста… Христа ради, пощади!

«Вот почему мрази, пойманные на горячем, всегда начинают жалобить и поминать в суе милосердых богов? — подумала Кира, поморщившись. — С другой стороны, а что таким еще остается?»

Существовало древнее и вполне действенное правило: не говорить с мразью.

Заговоришь — значит, начнешь относиться к мрази, как к человеку. Только Кира спросила все равно:

— Тебе на хлеб не хватает? Иного способа заработать не находится?

Сороко замотала головой насколько позволила сжимаемая Кирой коса.

— Н…нет, просто… просто… болезнь у меня.

— Клептоманией зовущаяся?

— Да! — обрадовалась Сороко ее догадливости. — Я себя не контролирую.

А вещи… вещи я все в церковь отношу, себе не оставляю. Богоугодное ж дело. Я еще и, выходит, добро делаю тем, у кого… ну, вещи беру. Как бы от них пожертвования.

Кира сплюнула. На языке действительно возник кисловатый привкус.

«Вот же гадость… меценатка за чужой счет», — но сказала Кира другое:

— Сейчас мы отправимся в класс, и ты признаешься во всем.

— Они же… — Сороко всхлипнула. — Меня возненавидят!..

— И очень хорошо, — змеей прошипела Кира, — но на твоем месте я опасалась бы, что с тобой сотворю я… если ты откажешься признаваться или чего-нибудь выкинешь в крысином духе.

Рывок за волосы подействовал.

— Я поняла-поняла… — захныкала Сороко, и они пошли.

«Дура», — припечатал голос разума в ее голове, но Кира его проигнорировала.

Глава 4

«Сама ж, дура, окажешься виновата», — попробовал снова докричаться до нее голос разума, когда впереди замаячила дверь класса.

Кира его опять проигнорировала, все-таки смутно пожалев о том, что не свернула в сторону учительской.

Вероятно, стоило поступить именно так, однако при одной мысли о том, чтобы увидеть рожи преподавателей по собственной воле и обратиться к ним за помощью, стало тошно. Да и чего они сделают? Уж точно не начнут разбираться, а постараются замять нехорошее происшествие, уговорив помалкивать и ничего не предпринимать его виновных и невиновных участников.