Стражи Хаоса. Невеста

Небрежный жест пальцем, приказ следовать за ним. И крупная широкая фигура двинулась к выходу из зала.

Но тут его окликнул Олаф.

- Не так быстро, Страж, - проговорил он и двинулся вслед.

Голос звучал немного резче и громче, чем следовало бы, и это выдавало его волнение. Эва замерла, оглядываясь на брата. Что он задумал, зачем провоцирует конфликт?

- Это ты мне? - Энгвард Ордгарн обернулся и обвел взглядом зал в поисках того, к кому мог обратиться молодой король Ангиара.

Сдерживаемая, но ощутимая холодная волна магии разошлась от него.

Однако Олаф не стушевался. Еще несколько шагов, он выпрямился. Идеальная осанка, плечи развернуты.

- Ты не ошибся, - проговорил он. - Будет особое условие.

- Не боишься ставить условие Стражу, король? - удивление и нехорошая усмешка на лице.

Последнее слово он выплюнул с таким нескрываемым пренебрежением, что Эва невольно покраснела, испытывая острую потребность вмешаться: ведь он оскорбил ее брата, ее страну, их всех. Однако Олаф посмотрел на нее, и она сдержалась.

- Я рискну, - проговорил он твердо и подошел ближе.

Несколько долгих секунд висела пауза, наконец глава Стражей медленно и дробно рассмеялся:

- Что ж, послушаем твои условия.

- Это касается ее, - король показал на Эву.

Энгвард Ордгарн вскинул бровь и сложил руки на груди, оглянувшись на нее:

- Твоя любовница? Ну извини, король, я выкупил ее, теперь она моя. Ты знаешь закон.

Столько пренебрежения и издевки. Сейчас его слова слышал весь двор, но даже не это задевало Эву.

Страж говорил о ней как о товаре, который приобрел по случаю. Она застыла, выпрямившись и глядя перед собой.

- Она. Моя сестра, - четко и раздельно проговорил Олаф. - Но дело даже не в этом. Эва - мейра.

Неизвестно, чего это королю стоило, но его голос оставался спокоен. Зато Энгвард Ордгарн с преувеличенным интересом уставился на нее.

- Эва - командир подразделения боевых магов, - продолжал Олаф. - Она давала присягу. Как тебе, может быть, известно, у Ангиара и помимо Разлома хватает врагов, поэтому.

..

- Я. Выкупил ее.

В первый раз в интонациях Стража проявилось раздражение. Однако Олаф продолжал стоять на своем.

- В законе нет упоминания о мейрах.

Повисло напряжение, по залу пронеся обдирающе холодный порыв эмоций. Глава Стражей смотрел на короля. Казалось, это тупик, все понимали, что противостояние ничем хорошим не кончится. Но тут Олаф проговорил:

- Год.

- Что?

- Если через год мейра сама не захочет остаться с тобой, она вернется.