Нью-Мексико, год 1887

– Ну, если скверный характер – это достоинство, то буду радоваться, как скажешь, – усмехнулся О’Нил. – И по-моему, вы меня, да и моего друга, водите за нос, господа старейшины, вождь, и ты, Белый Дым, тоже.

– Что ты хочешь сказать этим? – проворчал вождь, чуть двинув бровями в раздумье.

– Поясни мне, зачем вы позвали его? Если ничего не знаете, и у вас все тихо, спокойно и безопасно? – Дэф ткнул в сторону утэввского колдуна, всю беседу не сводившего косого взгляда с новоприбывших.

Зеленый тип вскинулся – выпрямился, точно ему меж лопаток прислонили раскаленный железный прут, прищурился и тихо зашипел.

Бросил какое-то короткое слово, которое Джойс не то, что не понял, а даже не смог бы и приблизительно воспроизвести. Что-то короткое и хлесткое – прозвучало оно будто бы «рах хаатрай» или вроде того.

– Рин хайи, – с невероятным презрением откликнулся Дэф незамедлительно. – Ты даже не назвал своего имени, чужак. Да, чужак здесь – ты.

Рыжая Сова отчетливо скрипнул зубами, Белый Дым уставился на трубку в своих руках, завершившую круг по собравшимся.

Вот и выкурили «трубку соглашения», ага. Нужно было что-то сказать – только вот останется ли соглашение после этого в силе? Медленно-медленно Белый Дым поднял голову и произнес:

– А ведь мальчик прав. Они представились, а ты сидел молчал, колдун.

– О. Я должен представляться перед низшими?

– Ты в моем доме, – Рыжая Сова пожал плечами. – Мне все равно, что ты о ком думаешь. Ты гость, хоть и нужный.

Веди себя как положено.

– Хорошо-о-о, – протянул он. Голос у колдуна был очень красивый, мелодичный – Джойс никогда такого не слышал, даже у других утэвво. – Я Анвару Бизонья Кость.

Дэф безмятежно улыбнулся и выдал быструю, совершенно чуждую человеческому уху тираду все на том же ужасном языке, услышав которую, колдун как-то вдруг слегка поник и утратил половину своего чуть ли не королевского норова.

– Извини, вождь. Я забылся, – холодно произнес Анвару. – Ты прав: твой дом, твои правила.

– Не хочешь повторить свои слова или взять их назад? – спросил Дэф, и Джойс заерзал на месте: он не понимал в сказанном ровным счетом ничего, кроме того, что зеленый тип обозвал его товарища, вероятно, каким-то недобрым словом, и получил гневный ответ.

– Я беру назад свои слова.

– Я тоже, – кивнул Дэф. – И забудем об этом.

– Да, забудем, – с облегчением проговорил Белый Дым.

Знал ли старик язык утэвво? Навряд ли, решил Джойс.