Огненный Зверь

Димку Мартынова — определенно нет.

По выражению моего лица он понял, что радостной встречи одноклассников не произойдет, и тоже нахмурился.

Это несчастное выражение лица мне что-то напомнило. Перед глазами предстал рыжий болезненный мальчик, которого вечно обижал весь класс, а однажды мальчишки даже примотали скотчем к парте. Его отец был военным, они часто переезжали, и Димка проучился у нас всего один год, а потом его семья снова переехала, и я Мартынова больше не видела.

— Димка! — наконец воскликнула я, чего он ожидал с первой минуты, как открылась дверь.

Его лицо смягчилось, появилась улыбка.

Теперь я бесцеремонно разглядывала мужчину. Что ж, надо признать, из гадкого утенка-пятиклассника, он превратился если не в лебедя, то в кого-то не менее привлекательного. Его худоба больше не казалась болезненной, как в школе, такого парня назвали бы скорее жилистым, чем тощим. Веснушки, покрывающие в детстве все лицо, поблекли, а волосы, бывшие когда-то чуть ли не морковными, посветлели, оставив лишь легкий отсвет рыжины.

— Классно выглядишь! — вынесла я вердикт, расслабляясь. — Никогда бы не узнала без подсказки.

— Ты тоже! — выдохнул он. В его глазах была неподдельная радость от нашей встречи, я даже смутилась. — Садись-садись, — он заметил, что я все еще стою перед его столом. — Может, чаю?

Я покосилась на чайник в другом конце этого мини-кабинета, представила, как долго ему пробираться до него, обруливая другой стол, тумбочку и огромный цветок, невесть зачем поставленный в этом маленьком помещении, и покачала головой.

— Нет, спасибо.

— Ну, как хочешь, — легко согласился Мартынов, видимо, ему самому не больно-то хотелось ползти по пересеченной местности. — Я действительно рад тебя видеть, ностальгия, что ли. Знаешь, меня многие сейчас не узнают. Видимо, считают, что веснушки и очки должны были прирасти ко мне на всю жизнь.

Я почувствовала, что он очень хотел мне понравиться. Детские комплексы, не дающие покоя во взрослой жизни?

Под его пристальным взглядом стало неуютно.

Дима почувствовал мою неловкость и тут же придал себе деловой вид.

— Что касается дела, по которому я тебя пригласил… — Я вся превратилась в слух. — Твой начальник утверждает, что ты последняя видела убитую в живых.

— Бывший, — не удержалась я от уточнения. Черт бы побрал Зверя, подталкивающего меня быть честной.

— Что — бывший? — не понял Мартынов.

— Начальник. Бывший.

— Он уволил тебя из-за этого? — удивился он.