Искушение карателя

– Господа, чем обязан вашему визиту? – спросил папа, немало раздражённый появлением таких неприятных гостей.

Каратели составляют отдельную касту исполнительной власти: это следователи, законники и палачи в одном лице. Они – самое эффективное и страшное орудие правосудия. Конечно, над аристократами каратели не властны, но когда они прибывают с отрядом королевских гвардейцев и ордером за подписью короля, то это не сулит ничего хорошего. В нашем королевстве всего пятеро карателей. Судя по блондинистым волосам и невыразительному лицу, к нам пожаловал Дерек Айс.

– Граф Олсен, у нас приказ обыскать ваше поместье, – абсолютно равнодушно сказал каратель, протягивая папе свиток с королевской печатью.

– Мне нечего скрывать, но, признаться по чести, вы прибыли крайне не вовремя, – ответил папа, принимая документ, чтобы прочесть его. По мере того, как глаза моего родителя бегали по строчкам на пергаменте, лицо его становилось всё более удивлённым и расстроенным.

– Нас редко ожидают с нетерпением, – усмехнулся каратель, и папа ответил ему растерянным кивком.

Гости, прибывшие в сад, испуганно роптали, недоумевая, что происходит. Признаться честно, я и сама с трудом понимала ситуацию. И Валериан уже серьёзно задерживался.

– Оставайся здесь, дорогая. Дождись Валериана, я скоро вернусь, – сказал папа.

– Это вряд ли, – опроверг его слова каратель, активируя амулет поиска.

– Прошу простить меня, но могу я поинтересоваться: что вы ищете? – обратилась я к блондину. Он посмотрел на меня удивлённо, словно не ожидал, что я вообще могу разговаривать, но при этом накинул на нас троих полог тишины и заговорил:

– Из королевской сокровищницы пропала книга запрещённых ритуалов.

Это очень… специфические знания. Король Эдвард полагает, что кто-то планирует заговор. Магический след книги-артефакта указывает на ваш особняк. Я считаю, что вы тоже должны знать, потому что в случае, если информация подтвердится, это коснётся и вас.

Сообщив неприятные новости, каратель снял полог.

– Тогда я пойду с вами, – сказала я, цепляясь за папину руку.

– Счастье моё, это не обязательно. Не порти себе праздник, – хотел отговорить меня отец, но день, которого я так ждала, и так уже был омрачён не только появлением гвардейцев, но и непростительным опозданием жениха. Я слышала, как кто-то ехидно хихикает, видела, как вчерашние подруги прикрывают лица веерами и бросают на меня взгляды, полные торжества. Но страх за отца был сильнее обиды на Валериана.