Тайна перламутрового дракона

На каждом напротив стрелки краской нарисована засечка, указывающая, в каком положении следует остановить колесо. Джемма знала об этих отметках и именно их принялась тщательно выскабливать, чтобы затем нарисовать знаки совсем в другом месте.

На Арве она внимания больше не обращала. Внутри клокотала обида и жажда мести. Они смешивались с неподавляемыми угрызениями совести, образуя гремучую смесь, толкающую Джемму на настоящую глупость. Сердце не уставало твердить ей, что она совершает ошибку, сжигая последние мосты и навсегда отвращая от себя Эдрика.

А разум требовал справедливости. Эдрик должен был понести наказание за оба своих предательства, и Джемма была еще милосердна, не устроив пожар в мастерской, а всего лишь немного насолив бывшему лучшему другу.

Закончив с краской, она изо всех сил крутанула колесики и, не глядя, как те встанут, шагнула к следующему механизму.

– Может, хватит? – негромко и осторожно спросил Арве, но Джемма его не слушала. С каждой новой пакостью в душе словно что-то каменело, убивая все, что у них с Эдриком было хорошего, и наполняясь жгучей ненавистью.

Хотелось пойти дальше, хотелось начать ломать хрупкие конструкции, разрушить их до основания, как Эдрик поступил с ее сердцем. Казалось, если она не сделает этого, то ее саму просто задушит подступающим к горлу отвращением.

Джемма оглянулась в поисках чего-нибудь тяжелого, не замечая, с какой опаской смотрит на нее Арве.

– Джемма, остановись! Ты обещала не перегибать палку!

Она презрительно фыркнула, выражая тем самым отношение к его трусости.

– Я еще и не начинала! – огрызнулась она. Недалеко от печи стояла увесистая кувалда, весившая, наверное, не меньше самой Джеммы. Однако сейчас казалось, что она легко поднимет и такую тяжесть, – охватившая ярость подсобит.

Джемма еще раз фыркнула и направилась к печи.

– Свихнулась! – воскликнул Арве и бросился ей наперерез. Наверное, успей Джемма раньше него, Арве первым попал бы под раздачу. Но он перехватил ее за полшага до кувалды. Резко дернул за руку, прижал спиной к груди, обездвижил железной хваткой.

Джемма попыталась было вырваться, но куда там! Арве и так-то на силу никогда не жаловался, а тут она выросла троекратно, и Джемма ядовито зашипела:

– Отпусти меня!

– Еще чего! – возмутился Арве. – Натворишь бед, а мне потом отвечай за тебя!

– За себя отвечай! – выкрикнула Джемма и снова рванулась из объятий Арве. Однако он даже бровью не повел. Только перехватил свою пленницу поудобнее и потащил к выходу из мастерской.