Тайна перламутрового дракона

Глава девятая: Школа

Ана ни секунды не сомневалась в том, что причина поломок изобретений Эдрика в Джемме: слишком хорошо помнила о ее обидчивости и о том, на что Джемма способна в таком состоянии. И пусть после ее последнего серьезного закидона прошло уже почти три года, Ана не забыла ни ее жестокости, ни страданий лучшего друга, готового на все ради ее прощения. Даже соорудить крылья и шагнуть со скалы в море. Придумал тоже: быть ее достойным! Да что он вообще нашел в этой Джемме, чтобы так принижать себя и не замечать собственных добродетелей? Эдрику, конечно, с самого детства было тяжело прорываться из тени отца и старшего брата, но там Ана хотя бы понимала причину.

Джемма же никак не тянула на недостижимый идеал, о котором можно только вздыхать, не решаясь осквернить своим прикосновением.

Ну, симпатичная. Кудряшки эти с вплетенными жемчужинами, ярко-розовые глаза с густыми ресницами, миниатюрная точеная фигурка: Ана хоть и была среднего роста, рядом с Джеммой всегда чувствовала себя коровой.

Пользу, конечно, людям приносила, да только иногда казалось, что лучше бы вовсе без нее обойтись. Летать умела, но то ей богами было подарено, а Эдрик сам крылья сделал и уж точно заслуживал уважения никак не меньше своей подружки.

Ана раз за разом пыталась внушить эти мысли товарищу, ободрить его, дать надежду, но и сама видела, что не преуспела. Наверное, только Джемме было под силу пробудить настоящего Эдрика, убедив, что ей нужен он, а она вместо этого окончательно его растоптала, предпочтя Хедина.

Ане было больно – да что там больно, она едва могла вздохнуть, когда представляла себе их объятия, – но она не жалела себя. А при взгляде на Эдрика расстраивалась до слез. Да, он старался держаться, делать вид, что ничего не произошло, тепло улыбаться и быть со всеми приветливым и участливым, но Ана-то видела, чего ему это стоило: все-таки восемнадцать лет дружбы не прошли даром. Глаза были пустыми и как будто мертвыми.

Эдрика больше ничего не интересовало. Он выполнял долг, как и положено мужчине, но больше не получал удовольствия и радости даже от самого главного дела своей жизни.

И все из-за Джеммы!

Нет, Ана не отрицала своей вины в заваривании всей этой каши. Конечно, ей надо было предупредить Эдрика заранее, чтобы он и со своей подружкой о подыгрыше договорился. Но она и представить себе не могла, что Хедин сделает прилюдное предложение.