Клевер пятилистник

Сам не далее как вчера обсуждал бесчестный спор с авантюристами и делал новые ставки.

- Ты превратно все понял, - оборвала я сухо. – Причина твоей неспособности прикоснуться к наследию в другом.

Самюэль перевел взгляд на меня, зло усмехнулся. Плеснул остатки вина в свой бокал и патетически заявил:

- У нее был роман до брака! И по слухам, не один.

Раскат грома, прозвучавший за этим откровением, был бы эпичен, но…

- По слухам, у отца тоже интрижка была. А я, по тем же слухам, так вовсе не выбираюсь из объятий лекарей!

- Трианон… – приглушенный вскрик от двери.

Надо же, не ушла и Самюэля ни разу не осадила.

- Чуть позже, мама, - отсрочила я моральную порку на тему: «Леди не пристало». – Сейчас важнее узнать, почему Самюэль сумел приблизиться к наследию Дега, но не смог его забрать.

- Потому что я не наследник крови! – Раздражение звучит в каждом слове, но глаза… Глаза смотрят куда угодно, только не на меня.

- Вариантов действительно не много. Или не наследник. Или ты где-то уже наследил.

Он не вздрогнул, не поежился и взгляд мне не вернул, но руки с тонкими длинными пальцами до скрипа сжали бокал.

Хрусталь был из прочных, но даже он не выдержал нервной хватки и покрылся трещинами

- Самми? - Всепрощающая матушка перестала жаться к двери. Она шагнула назад, готовая в любой момент упасть на колени рядом с сыном и к груди прижать его непокорную голову. Сколько раз я видела эту картину, сколько раз завидовала ему, не понимая, что нежности, отдаваемые мамой, уходят в пустоту.

- Ты что-то сделал, милый?

Не стоило ей добавлять мягкости в голос. Самюэль вспыхнул, как по сценарию, который давно заучил: вцепиться себе в волосы, вскочить, дернуть ворот рубашки, а дальше на грани возможного заорать.

- Я ничего не сделал! – Звон разбитого бокала. - Я ничего бы не смог! – Тарелки сметены со стола. - Оставьте меня в покое… - Хват на первом попавшемся под руку предмете. - Убирайтесь прочь! С глаз моих! К дьяволу…

Бутылка прицельным попаданием разнесла на осколки с трудом склеенную статуэтку.

Дверь хлопнула, заглушая горький всхлип мадам Дега. Я же под аккомпанемент града и сиплого дыхания брата вернулась к еде. Кусочек курицы, кусочек запеченного яблока. Тщательно все пережевать и проглотить, даже если не чувствуешь голода, даже если тошнит от еды и от бывшего наследника титула, в гневном негодовании застывшего напротив.

- Какого. Ты. Здесь. Сидишь? – процедил он едко.

- Я не доела, - сообщила очевидное. – А ты не договорил.