Царевны. Трофей дракона

Одна из них, светловолосая дева в серебристой вышитой по подолу столе, вышла вперед и склонила голову в знак приветствия.

— Мы прибыли по твоему повелению, Аргон Сумрачный, — сказала громко Церцея.

Понимая, что необходимо вести себя осторожно и очень верно, Церцея избрала роль покорившейся и полной достоинства невольницы. Она не хотела вызвать лишнего недовольства со стороны императора, про жестокость которого была наслышана, но и не собиралась выказывать раболепства. Она намеревалась вызвать к себе уважение, потому говорила твердо и уверенно.

Аргон приблизился в светлокожей девице с мерцающими карими глазами. Ее белокурые густые волосы, собранные в высокую прическу, переливающимися серебристыми прядями падали на узкие плечи. Она смотрела на него открыто и пронзительно. Изящная красавица среднего роста, в светлой столе, с обнаженными тонкими руками, она показалась ему соблазнительной и величавой.

Неожиданно Сумрачный вспомнил момент из прошлого, когда уже видел эту девицу.

— Я помню тебя, — выдал Аргон хмуро. Сделав к Церцее пару шагов, он бесцеремонно схватил сильными пальцами девушку за подбородок. Он приподнял ее голову, рассматривая совершенные черты ее лица. Она сжалась от неприятного чувства, но заставила себя сдержаться. — Ты та самая девка, которую я едва не спалил там, на горе у белого храма! — произнес дракон. — Тогда меня отвлек один из ратников, и ты сбежала.

Церцея похолодела, также вспомнив тот жуткий миг, когда монстр сжег огнем ее матушку, а ее ранил своей лапой.

Неужели перед ней находился тот самый дракон с сине-черной чешуей? Похоже, сейчас дракон-убийца стоял перед ней в облике грозного воина с жестким и скуластым лицом. Его хищный взор горел темным светом, а на носу красовался зарубцевавшийся шрам.

— Но сейчас все изменилось, — с угрозой продолжал Аргон. — Отныне все здесь мое, и все жители принадлежат мне. Кстати, и этот твой защитничек, Ратмир, так же его зовут? Он тоже теперь служит мне.

Так что и от тебя, и от твоих сестер я потребую подчинения!

Он сжал сильнее пальцами ее подбородок, рассматривая лицо с правильными чертами и отмечая ее невероятные большие глаза с бархатными ресницами. Нет, определенно, она ему нравилась, подумал про себя Аргон. Ее взгляд был трепетным, нежным и чарующим.

— Я не слышу твоего ответа, девица, — сказал он властно, так и не отпуская ее подбородок.