Чудесная экскурсия

Свет, исходящий от чешуек внезапно сделался таким ярким, что я на мгновение ослепла, а когда я проморгалась, то обнаружила, что переливчато сияем уже мы трое.

– Нас теперь не видно, – Эрик пропихнул меня вперёд, и я первой протиснулась сквозь толпу. Не задеть никого было невозможно, коты и куклы странно оглядывались, почувствовав движение, но, к счастью, никто не догадался попытаться схватить нас. Я обернулась и заметила, что там, где мы только что были, мы и остались — наши фантомные фигурки поражённо таращились вокруг.

Эрик и Вика пробирались сквозь толпу с другого края. Кто-то сбил с меня шапку, но я не стала возвращаться, чтобы её поднять, хотя было немного жалко – на ней памятный значок с фанатского фестиваля. Только шарф подхватила – не хватало ещё, чтобы мне его оттоптали. Полгода со спицами сражалась, чтобы петелька к петельке легла.

Мы встретились в арке. Вика попыталась выглянуть наружу, но Эрик бесцеремонно запихал нас поглубже. Сияние пропало. Парень тяжело дышал.

Магия, если это была она, на троих далась ему непросто. Подруга словно ничего и не замечала.

– Слушай, ну дай хоть ещё посмотреть, – возмутилась Вика, пробиваясь назад к свету, но Эрик неумолимо тащил нас в темноту. Его глаза слабо мерцали. Выглядело это жутко. Жутко фантастически.

Вика брыкалась и идти не хотела. А меня словно по голове ударили, в ушах стучало. Магия, это же и правда была магия. Без волшебных палочек и заклинаний.

– Заберёмся на крышу, оттуда лучше видно, – невозмутимо ответил Эрик, толкая черноту перед собой – она оказалась створкой деревянной двери, закрывающей подворотню с другой стороны.

Свет из открывшегося проёма очертил его фигуру – от настороженно прижатых ушей – оох, Мерлинова борода, он ими реально шевелить может! – до нетерпеливо подрагивающего кончика хвоста.

– Ты совсем дурак, Баев? – фыркнула Вика. – Нас поди уже потеряли. За побег отчитают, так ещё и за крышу от классухи достанется.

Вика была в своём репертуаре – сперва затащила нас в неприятности, а потом включила свою разумность.

Баев. Я заставила себя оторвать взгляд от мечущегося туда-сюда хвоста и взглянуть на лицо его хозяина. Оно по-прежнему было человеческим. Это ведь и в самом деле мой одноклассник. Не знаю, что шокировало больше – перемена в облике или широченная ухмылка. И где его фирменная мина “пятьдесят оттенков безразличия к этому миру”?

Вика снова уткнулась в телефон, но он по-прежнему не включался.